Как Митяй с Витьком халяву добывали | OPPOZIT.RU | мотоциклы Урал, Днепр, BMW | оппозитный форум, ремонт и тюнинг мотоциклов
Home

Как Митяй с Витьком халяву добывали

Представляю Вашему вниманию второй рассказ о приключениях Митяя Давыдова. Выкладываю пока первую часть, помня, что многие здесь не любят "многа букаф". Если понравится, пришлю продолжение.

Часть 1.

I

- И тут я ее ка-а-к хрясну! – прогудел Митяй и в подтверждение своих слов гулко пристукнул ополовиненной кружкой пива по столу.
- Ведьму-то? – деловито уточнил Витек, аккуратными и точными движениями разрывая воблу.
- Ее, - степенно кивнул Митяй, - у меня рука, ты знаешь, тяжелая.
- А она что? – спросил Витек, маленькими глотками отхлебывая «Очаковское». Был он, в отличие от Митяя, белобрыс, невысок ростом и довольно худ, однако пить мог наравне с кем угодно.
- А что она, - пожал плечами Митяй, - она меня заклятьем - шарах! У меня руки аж по самые плечи отнялись.
- А ты?
- А я ее берцем по горбу – бац! У меня берцы видал, на какой толстенной подошве? Тут она чуть черту душу и не отдала. Маришка меня еле оттащила, говорит, не бери, Митяй грех на душу, пускай ей, говорит, совесть пищеварение затруднит, - закончил он, и потянулся за новой бутылкой.
Дело происходило в гараже у Митяя, в конце сентября. Почти полтора месяца прошло с тех пор, как Митяй Давыдов неизвестно откуда привез красавицу жену и редкий по красоте и размеру цветок лотоса, который упорно не желал увядать и по сей день. Все это время Витек Бореев по кличке Леший допытывал друга, где тот побывал, и почему вернулся сам не свой, но Давыдов упорно отговаривался тем, что плохо помнит. А вот сегодня, под обильную закуску, и еще более обильную выпивку, Леший получил наконец долгожданный рассказ.
- Ну, вот так все и было, - отряхнул руки Митяй, - до города мы только к утру добрались.
- Небось, врешь ты все, Митяй, - в сомнении покачал головой Витек, - ничего такого небось и не было.
- Да как это “не было”? – возмутился Митяй, от неожиданности пролив солидную порцию пива, - да ты думай своей головой, чего ляпаешь-то, “не было”… Ишь ты… Я, может, как щас все помню, а ты говоришь – “не было”…
- А доказательства где? – обличающе ткнул пальцем Витек. - Где доказательства? Жена – это еще не доказательство, знаешь ли. Жену ты откуда угодно мог привезти.
- А шар по-твоему тоже не доказательство? А лотос? – Рассерженным медведем взревел Давыдов, - ты где-нибудь видел, чтоб сорванный лотос полтора месяца цвел не засыхая? – От избытка чувств Давыдов резко вскочил, едва не врезавшись головой в низко нависающую потолочную балку.
- Лотос - да, доказательство, - вынужденно признал Витек, со вздохом разводя руками, - да не волнуйся ты так, верю я тебе. Это я так просто, уточняю.
- А если веришь, так и нечего меня подначивать, уточнитель фигов, - остывая, буркнул Митяй и наполнил в очередной раз кружки.
Некоторое время посидели молча. Слышались только гулкие глотки и хруст пересушенной воблы на крепких зубах.
- А вот мне интересно все же, что с ведьмой потом стало? – расслабленно произнес Леший, неторопливо закуривая и выпуская тонкую струйку дыма в потолок.
- Да ничего с ней в общем-то не стало, - не совсем твердо из-за обилия выпитого проговорил Митяй, - где-то через неделю и померла. Маришка мне сказала, а как узнала – не говорит. Говорит, знаю, и все тут. Чувствует она, что ли.
Витек задумчиво покивал в ответ на Митяевы слова и аккуратно стряхнул пепел на пол.
– Все-таки она у тебя ведьма ,- протянул он, немного подумал, и добавил: но красивая.
Через некоторое время, в его глазах заблестела новая мысль.
- Слышь, Митяй, а ведь если ведьма померла, у нее в доме, наверное, дофига всяких колдовских штук осталось? – неожиданно громко произнес Леший и подался к Давыдову, напряженно ожидая ответа.
- Нуу… наверное осталось… а чо? - не сообразил сходу Митяй.
- А простому, честному байкеру всякие волшебные штуки нахаляву разве помешают? – нетрезво прищурился Витек, вопросительно разглядывая друга. Видимо четвертый литр пива изрядно захмелил и его.
- Нуу.. не помешают, я ду… эй, ты к чему клонишь? Я туда больше не поеду. Меня и в тот раз там чуть не сожра.. чуть не заблудился в общем. Короче не согласный я.
- Да хорош тебе ломаться, блин, давай поехали, - напирал Леший, - раз, два и мы там. Три, четыре – уже дома. Давай, выкатывай свой аг-ррыы-ггат…
- Нее, не поеду, ибо нетрезвый я…слегка…, - заплетающимся языком объяснил свой отказ Давыдов, - а нетрезвый за руль не сажусь, ибо опасно. Разве что только это… завтра утром?
- Хорошо, - легко согласился Витек, - завтра, значит завтра. А пока, давай-ка еще по одной, больно хорошо сидим.
Только теперь Митяй с опозданием сообразил, что на поездку его все-таки развели.

II

Встающее солнце с удивлением разглядывало открытый гараж, и двух людей возле него - маленького и большого. Маленький суетливо выкатывал мотоцикл, проверял давление в шинах, заглядывал в бак, при этом от избытка энергии слегка подпрыгивал и что-то напевал, а большой неподвижно сидел на разложенном овчинном тулупе и изредка протяжно стонал, держась за голову и страдальчески прижмурив глаза.
- Слышь, Леший, погибаю я совсем, весь организм страдает. Давай не поедем никуда, а? Сегодня хотя бы, а? - с этими словами Митяй разлепил один глаз, и с надеждой поглядел на мельтешащего по гаражу Витька. На того, однако, эта речь не произвела ни малейшего впечатления.
- На вот, полечись, - произнес бессердечный Леший, озабоченно роясь в рюкзаке, - блин, да где ж она? А, вот! Держи! – Он довольно осклабился, и бросил на колени Митяю пол-литровую бутылку.
Давыдов, с усилием разлепив второй глаз, заинтересованно наблюдал за манипуляциями Витька. Проследив взглядом за шлепнувшейся бутылкой он в изумлении распахнул оба глаза:
- Кефир?! Какого черта? Мне б пивка… и поспать… минут триста.
Услышав это, Витек резко развернулся, и ткнул Давыдова пальцем в грудь:
- Ты. Мне. Обещал. Так что никуда не денешься, поедешь. А кефир полезен, пей.
Давыдов уныло кивнул, и обреченно закрыл глаза. В голове что-то шуршало и щелкало, одновременно пытаясь вращаться. Шелест высоченных тополей, растущих вокруг, успокаивал и клонил в сон, однако Митяй честно пытался бороться с этим почти непреодолимым искушением.
- Ну, все вроде. Вроде ничего не забыл, а? – Послышался неуместно жизнерадостный голос ненавистного Бореева. – Ты как, готов? Не, поглядите на него – он все еще сидит! Чего сидишь-то? Ехать уже надо, а он сидит! А кефирчик почему не попил?
- Я это… я щас, щас, - виновато произнес Митяй, вяло пытаясь перешнуровать высокие растоптанные берцы, - а на кефирчик, уж извини, силов никаких нету.
- Нее, так дело не пойдет. В таком состоянии ты меня точно где-нибудь уронишь. Давай ключи сюда, я сам поведу. Вот ведь люди, а? Пить не умеют, а туда же, - добавил Леший, с осуждением глядя на несчастного Давыдова. – Я говорю, пить не умеют совершенно, а ты поглянь – пьют! На, вот, тогда. Раз уж ты однозначно “зажопник” получаешься. Лопай. – С этими словами Леший непонятно откуда извлек пару бутылок темной «Крушовицы» и ловко откупорив одну из них, щедрым жестом протянул оторопевшему Давыдову.
- Ух, ты… это ты здорово придумал, - заторопился Митяй, выхватывая бутылку, и торопливо запрокидывая ее донышком вверх. – Это средство верное, проверенное… это мы однозначно… умняф… - невнятно закончил он, допивая последние капли, и протягивая руку за второй.
- Ты – настоящий друг, Леший. Однозначно чувствую себя другим человеком, однозначно. Правда, этот другой тоже не прочь выпить, - минут через пять, дурашливо улыбаясь, заявил Митяй. Впрочем, выглядеть он стал действительно гораздо лучше. Настолько лучше, что позволил себе неторопливо пройтись вокруг ожидающего седоков «Днепра», на котором живописно были увязаны всякие узлы и свертки.
- А палатка с котелком зачем? А топорик? – Удивленно обратился он к Лешему, который как раз закончил доливать в бак бензин, и стоял, обтирая руки ветошью.
- На всякий случай, - ответил тот, закуривая, и сурово взглянул на Митяя. – А случай всякий бывает. Они хитры, а мы хитрее!
- Как говорится в древней китайской поговорке: “На всякую хитрую жабу есть хрущ с винтом”, – с невинным видом произнес Давыдов, и с хохотом увернулся от пластиковой бутылки, которой в него запустил Витек.
- Ну, раз остришь, значит, выздоровел, - буркнул Бореев. Садись, давай, поехали.

Просевший под двойным грузом «Днепр», рокоча, выкатился из подворотни. Редкие прохожие и собаки, повернув головы, наблюдали, как мотоцикл пронес мимо них маленького водителя, с прищуром глядящего вперед, и медведеподобного здоровяка на пассажирском сиденье, с блаженной улыбкой клюющего носом.

III

Конец астраханского сентября, это, я вам скажу, самое то. Это вам не август, и уж тем более не июль. Нет уже иссушающего сорокаградусного (в тени!), сводящего с ума зноя, порывов обжигающего ветра и полного нежелания что-либо делать, и куда-либо двигаться. Нет уже у байкеров мучительного выбора - что надеть? Надежнейшие и шикарные кожаные штаны – и устроить самому себе душегубку на второй минуте; компромиссные джинсы, или же комфортные шорты – и с содроганием представлять, что при малейшем падении ты оставишь на асфальте бахрому из собственной шкуры…

Мотоцикл, утробно рокоча, и изредка почихивая не до конца сгоревшей смесью, уверенно удалялся от городка, носящего гордое имя «Камызяк». Участок дороги попался отвратительный, поэтому Леший ехал крайне осмотрительно – километров сорок в час, не больше. Задумавшись о чем-то, он провожал глазами неспешно уплывающую под колеса дорогу, и поэтому вздрогнул, услышав за спиной звериное завывание – Его Величество Митяй проснулись, и изволили потягиваться, благо скорость была небольшая.
- Эт мы где проезжаем? - Раздался над Витькиным ухом хриплый, но вполне бодрый голос.
- Камызяк проехали, - хмуро отозвался Леший, - и вовсе необязательно так орать, я не глухой, как тебе, надеюсь, известно.
- Да ладно тебе бухтеть, - привычно затянул Митяй, - будь попроще, и люди к те… как Камызяк?! А какого ж ты меня раньше… там же шашлычная, а я не емши… да и деда Пахея, эта, отблагодарить надо бы!
- Перетопчешься, - ветер донес сухой смешок этого бессердечного человека. – По дороге пожрешь. Или ты хочешь, чтобы дед Пахей твоей жене растрепал, что ты не только опять к ведьме полез, но и друга верного на погибель тащишь?
Митяй изумленно замолк, не зная, как реагировать на такую чудовищную ложь.
- Привал. – Минут через двадцать объявил Бореев, подруливая в тень раскидистого дерева. – Давай, займись-ка насчет приготовить пожрать, а я пока свечи гляну. Не нравится мне, как правый котел работает. Не следишь ты совсем за техникой, Митяй.
- Я слежу. Я очень даже слежу, - зевая ответил Давыдов, с топориком в руках направляясь к кустарнику, из которого вызывающе торчал ствол высохшего дерева. – Только ведь это “совецкая” техника, уследить за ней невозможно, ты же знаешь, - донесся из кустов его голос, чередуясь с хеканьем и звонким ударом топора.
- Если так, надо было на моей «Каве» ехать, - равнодушно произнес Леший, вкручивая новую свечу.
- Твоей «Каве» там нипочем не проехать, - прокричал в ответ Митяй, жизнерадостно треща кустарником, - да и жалко пластик по кустам царапать, - деловито пояснил он, на миг появляясь из-за кустов с охапкой сучьев и вновь скрываясь. – Так что лучше мы уж как-нибудь так… аааа, блииин!!! Вот блин горелый, а?!
Задремавший было Витек вскинулся и недовольно поморщился в сторону зарослей.
- Ну чего там еще? В коровью лепешку наступил? Чего орешь-то?
- Да какая лепешка? Я шар, ШАР, блин, потерял, вот в этом кармане он лежал, блин горелый. Теперь-то фиг найдешь дорогу!
- Не ори, орел, - хмыкнул Бореев, переворачиваясь на другой бок, - разберемся. Я его в рюкзак переложил, пока ты, стоя, как лошадь, спал. Будь добр, обед свари, вон тушенка и макароны в рюкзаке, а я вздремну чуток, ты-то выдрыхся, - пробормотал он, стремительно проваливаясь в сон.

Проснулся Леший неожиданно, от развязного хохота, который, по идее, принадлежать Митяю никак не мог. Открыв глаза, он стал наблюдателем следующей картины: двое наглого вида парней непринужденно жрали из парующего митяева котелка, смело выгребая ложками самые крупные куски тушенки. Один из них носил щегольские широченные штаны с карманами со всех сторон и футболку навыпуск, другой был в простых шортах до колен и вовсе без рубашки, подставляя осеннему солнцу солидное пивное пузо. Периодически модный обладатель шикарных штанов корчил зверские рожи, изображая спящего Лешего, что вызывало новый приступ гомерического хохота. Неподалеку третий паренек, ростом чуть-чуть повыше Бореева, только сильно сутулый, по-деловому рылся в рюкзаке друзей, выбрасывая ненужные, по его мнению, вещи на землю. Однако самого Митяя нигде видно не было.
- Крепко спишь, задохлик, - насмешливо произнес жлоб в шортах, облизывая ложку. – Мы уже забодались твою баланду жрать.
- Ты байкер, что ль? – Перебил его обладатель шикарных штанов. - А че это так смело на нашем месте дрыхнешь? Подарки привез, чмо?
- Привез он подарки, привез! – Подал голос сутулый, потрясая над головой мощным галогеновым фонариком, принадлежащем Митяю . – Тута еще какая-то хрень электрическая, - прокричал он чуть погодя, вываливая на землю мультиметр, - дорогая, наверное!
- Ну, там складывай отдельно, Олежек, что понравится, - благсклонно произнесло мурло в шортах, глядя на сутулого, - а мы, пока что, у него бапки пощитаем. Колись, задохлик, бапки где у тебя?
Вместо ответа Леший перевел взгляд за спину модного, молча наблюдая за приближающимся со стороны речки Митяем. Давыдов, пританцовывая, двигался по тропинке, энергично размахивая зажатым в руке солидным рулоном туалетной бумаги, и напевая какой-то бодрый марш. Весь его вид показывал, что ему чрезвычайно хорошо, и жизнь, в общем-то, удалась. Заметив издалека, что Витек уже не спит, и с ним еще люди, Митяй, не сбавляя хода, приветственно взмахнул рукой.
- Это еще че за бугай? – Озадаченно произнес модный, отступая ближе к Лешему, и незаметно доставая из щегольских штанов складной нож-бабочку. – Он с тобой, что ль?
Леший вновь промолчал, лишь презрительно дернул плечом.
- Витек, у нас гости? – Радостно гаркнул, подходя, Давыдов. Но тут его взгляд упал на сутулого, растерянно прижимающего полупустой рюкзак к груди, и улыбка медленно сползла у него с лица. Затем его внимание привлек пузан в шортах, по-прежнему сидящий перед котелком с ложкой в руке. – А чего это он наш обед жрет, Витек? Это точно гости?
- Незваный гость хуже татарина, – нехотя разлепил губы Бореев.
- Да много о себе возомнили, ваше гавно жрать! – Визгливо крикнул пузан, и, отхаркнув, длинно сплюнул в котелок друзей. Витек вздохнул и прикрыл глаза. Эти трое только что упустили последний шанс договориться. За такое Митяй вполне серьезно мог и прибить.
- Шевельнешься, бугай, твоему другу будет бо-бо, мы шутить не любим - предупредил модный, и вдруг отшатнулся, захлебнувшись от влипшего в лицо рулона туалетной бумаги.
Сутулый Олежек, оторопев, смотрел, как этот непонятно откуда взявшийся здоровяк одной лапой схватил модного, протянув другую, резко вздернул с колен пузана, и сухим треском столкнул их лбами, после чего брезгливо разжал руки. Пузан лежал неподвижно, а модный неуверенно пытался куда-то ползти на четвереньках, безнадежно пачкая о траву свои роскошные штаны. Трясущимися руками Олежек рефлекторно прижимал к груди чужой рюкзак, с отчаяньем чувствуя, как по ноге, пульсируя, бежит горячая струя.
Давыдов неторопливо прошелся по поляне, обхлопывая карманы потерпевших, и извлекая оттуда различные колюще-режущие штуки, после чего небрежно побросал их в кучку.
- Иди сюда! – Повелительно бросил он застывшему сутулому. – Давай, собирай в рюкзак все, чего вывалил, нечего просто так стоять.
- Да не трогай ты его, Мить, - брезгливо скривился Леший, - не видишь, он обоссался весь.
- Больно он нужен, трогать его. Мало ли – обоссался. Может он нарочно? Пусть соберет, чего раскидал, заодно просушится.
- А с этими чего? – спросил Леший, с любопытством наблюдая, как модный дополз до кустов, и теперь с надрывом блевал, уткнувшись в корень старой акации. Пузатый пришел в себя, сел на задницу и очумело покачивал головой. – Сотрясение мозга у них, сто процентов.
- Чему там трястись-то? – недовольно заметил Митяй, пинками подгребая мусор к центру поляны. – Давай, помоги мне с этого модника штаны стянуть, пока он их не заблевал окончательно.
- Надругаться хочешь? – Заинтересованно спросил подошедший Витек, переводя взгляд с Давыдова на модного. – Вроде не замечал я за тобой таких привычек.
Давыдов зарычал, еле сдерживаясь, чтоб не треснуть в ухо еще и Лешего. Тот, поняв, что с шуткой немного переборщил, вскинул руки в примиряющем жесте.
- Стоп, стоп. Я искренне верю, что тебе нужны штаны без модного, а не модный без штанов. А зачем, если не секрет?
- Пакет я для мусора забыл, - смущенно признался Митяй. А его видишь сколько после нас? А штаны у него ого-го, широченные. Я природу беречь стараюсь. По возможности. А там, на трассе, выкинем, я мусорник на съезде видел. А чо? Пусть послужит на пользу обществу. Хотя бы штанами.
- Эй, гражданин, - произнес Витек, хлопая по щекам неудачливого грабителя в шортах и поливая его водой из кружки, - ты здесь не ночевать собрался? Бери-ка своего модного голожопого друга, да, и обоссатого не забудь, и дуйте до дома, пока мы добрые. Штаны не трожь, мы их в качестве трофея себе оставим. На память. А на будущее запомни – добрее надо быть, и вежливее.
Когда вся троица, пошатываясь, удалилась на почтительное расстояние, пузатый, обернувшись, смерил друзей ненавидящим взглядом и крикнул что-то вроде: “мы вас запомним, мужики!”
- Давай, Мить, собираться, пожалуй, - вздохнул Витек. – А то скоро нас бить придут.
- Чего это вдруг? – Удивился Давыдов.
- А то ты не знаешь… Есть в селах такая старинная национальная забава, называется: “пошли буцкать городских”. К несчастью, в данный момент, городские – мы. Или ты со всем селом отважно махаться собрался?
- Ладно, ладно, не трави душу, - махнул рукой Давыдов. – Садись, поехали...

продолжение следует...

Anonymous (пешеход)


Ура прочитал =)


Arman's picture

Ето, я выпросил у автора скинут мне на мыло продолжение.
Дождался,прочитал с удовольствием.
Надеюсь Михаил (автор) не обидется что я выложил продолжение.
Класно пишешь Миша!


Arman's picture

IV

- А домик-то совсем не изменился, - заметил Митяй, отводя глаза от окуляров бинокля. Друзья лежали на небольшом холмике, живописно замаскированные ветками и пучками травы, и увлеченно разглядывали покосившийся дом ведьмы, по очереди поднося к глазам старенький потертый бинокль. На такой предосторожности настоял мудрый Витек, справедливо полагая, что, раз мертвой ведьму никто не видел, следует исходить из худшего.
- Чего ему сделается, за полтора-то месяца? – Рассеянно отозвался Леший, явно думая о чем-то своем. – Ты мне другое скажи, сейчас лучше идти, или до темноты подождать?
- Ну-у-у… по всем канонам разведки и шпионского дела, идти, конечно, следует в темноте, дабы запутать вероятного противника, - почесал затылок Митяй, - однако, если принять во внимание, что в данном случае вероятным противником является нечистая сила, имеющая ночью наибольший авторитет, то… хрен его знает, - неожиданно закончил он.
- Ладно. – Принял решение Бореев. – Эту ночь проводим в палатке. Ждем, наблюдаем. Если противник за ночь себя не обнаруживает, утром выступаем колонной по одному. Женщины и дети в операции не участвуют. Вопросы?
- Никак нет, товарищ полковник, - вяло козырнул Митяй, - так и сделаем. Так я пошел костер разводить?
- Отставить костер, рядовой Давыдов! Никаких действий, могущих демаскировать подразделение, не предпринимать! Костров не разводить, деревьев не рубить, матерных частушек не распевать! Ограничимся сухпайком. Разрешаю употребление алкоголя в количествах, не подрывающих боеспособность подразделения. Выполняйте.

Первую половину ночи дежурить выпало Борееву. Митяй с плохо скрытым удовольствием отправился спать, а Витек, недовольно поморщившись на сеющий мелкий противный дождик, повесил на шею бинокль и направился на холм. Дежурство на поверку оказалось не очень-то интересным занятием. В покосившемся доме все было тихо, дождь настырно проникал за шиворот, а носки неотвратимо намокали, что не способствовало улучшению настроения. К тому же из палатки окрест мощно разносился храп Давыдова, сводя тем самым на нет все потуги друзей к маскировке, и настроение у Витька испортилось окончательно. Немного не дотерпев до полуночи, он бесцеремонно растолкал Митяя, и вручив тому бинокль, мощный галогеновый фонарь и безразмерную намокшую ветровку, злорадно вытолкал его слабо упирающееся тело из палатки, пообещав сменить ближе к утру. Митяй сокрушенно побродил вокруг, выискивая место посуше, чтобы вновь улечься, однако строгий окрик Лешего погнал его на холм.
- Придумают ведь ерунду всякую, в такую погоду людей из палатки выгонять, - сонно ворчал Митяй, безуспешно пытаясь устроиться так, чтобы за шиворот не затекало, - и чего, спрашивается здесь делать, если все спят? Спят усталые игрушки, книжки спят, охо-хо.
Он глотнул из серебряной фляжки выдержанного коньяку, и сделал несколько махательных движений руками, пытаясь разогнать сон. Собрался было поприседать, однако махнул рукой на это дело и просто сел на вымокшую траву. Старательно раскурив сигарету, Митяй затянулся и, прикрыв глаза, прислушался к своим ощущениям. Вроде бы неплохо. Пошарив за пазухой, снова вытащил фляжку, и, зажмурившись, сделал два долгих глотка. Гораздо лучше. Закусив кусочком конфеты, заначенным в кармане как раз на такой случай, он устремил взгляд на дом. В доме по-прежнему было тихо и темно. А вот метрах в двадцати от него, в кустах, неуверенно помаргивал какой-то огонек. Причем, судя по всему, огонек медленно двигался в сторону дома – примерно со скоростью идущего человека.
- Вот, блин досада-то, - огорченно подумал Давыдов, - в кои веки выберешься в научно-исследовательскую экспедицию, и тут как тут дилетанты-конкуренты появляются. - Он решительно поднял руку с зажатым в ней фонарем и собрался было раздраженно мигнуть горе-исследователю, однако в целях конспирации сдержался, и решил догнать конкурента, чтобы пообщаться лично. Все-таки Митяй считал, что у него приоритетные права на исследование дома, поскольку покойная ведьма приходилась ему в какой-то мере родственницей. Давыдов с удовольствием представил, как он неслышной тенью в ночи скользит за неизвестным, и торжествующе хватает беспечного конкурента за шиворот. Встряхнувшись, как большой промокший пес, он, пригнувшись, двинулся по направлению к огоньку, однако немедленно поскользнулся на мокрой траве и, с размаху шлепнувшись на задницу, покатился с холма, загребая широкими ладонями полные горсти земли и в голос матерясь. Пребольно приложившись напоследок лбом об какую-то корягу, Митяй нехорошо помянул чью-то матушку, и с чмоканьем извлек себя из грязи. Поднявшись, он по-быстрому огляделся, успев заметить, как подлый огонек скрывается в недрах злополучного дома. Плотный шум усиливающегося дождя почти скрыл негромкий скрип закрывающейся входной двери. Обтерев грязные ладони о ствол притулившегося рядом дерева, Митяй решительно направился в сторону темного дома, громко рассказывая себе, что он сотворит с этими зарвавшимися шутниками, которые наверняка коварно подстроили его падение.
Перешагнув порог, он вспомнил свое прошлое посещение и отчего-то заробел, поэтому закрывшаяся дверь довольно чувствительно приложила его пониже спины, заставив сделать быстрый шаг вперед. Единственная комната выглядела нежилой, сильно тянуло сыростью. Под потолком висели пучки различных трав, связки каких-то веток и чего-то, очень напоминающего кости, в углу из полутьмы выступал пузатый окованный железом сундук, запертый на могучий ржавый замок, а на большой ветхой кровати валялись груды какого-то старого тряпья. Единственной приличной вещью выглядел расположившийся посередине огромный резной стол, явно старинной работы, но прекрасно сохранившийся. С края стола свисал потрепанный дорожный мешок с каким-то содержимым, а в центре стояли четыре неизвестно кем зажженные восковые свечи, занимая четыре из пяти углов вырезанной на столешнице пентаграммы. Никаких следов проникшего конкурента не было видно, однако это почему-то ничуть не смутило Давыдова, настороженно разглядывающего убранство странного дома. То ли от выпитого коньяку, то ли еще от чего, в голове у него ощутимо шумело, бубнили какие-то угрюмые голоса, вдобавок ко всему Митяя не покидало навязчивое чувство, что дом тяжело, исподлобья наблюдает за ним. Могущественными колдовскими вещами и не пахло. Резонно рассудив, что кроме, как в сундук, спрятать их больше некуда, Митяй решительным шагом направился в темный угол. Пару минут подергав монументальный замок, он убедился в бесполезности этого занятия, и задумчиво огляделся, в надежде найти если уж не полноценный лом, то хотя бы багайчик. Вдруг Давыдов почувствовал, как у него от ужаса волосы на голове поднимаются дыбом, а сердце сбивается с заданного ритма: тряпье на кровати явно шевелилось. Гулко сглотнув, Митяй зажмурил глаза и помотал головой, после чего осторожно приоткрыл один глаз и с опаской посмотрел на кровать. Раскиданные на кровати узлы и тряпки мирно лежали на прежних местах, и двигаться не собирались. Открыв второй глаз, он страшась передумать, сделал несколько быстрых шагов, подхватил стоявшую в изголовье клюку, и дивясь собственной смелости, потыкал в тряпье. Тряпье осталось тряпьем, но вот за спиной кто-то отчетливо хмыкнул. «Это все коньяк виноват», - успокаивающе подумал Митяй и, подойдя к столу, вытряхнул из лежащего на нем мешка содержимое. На стол вывалились пара ношеных сапог, две наполненных чем-то фляги, и еще что-то мохнатое, но невидимое. Ухватив невидимое, Давыдов старательно ощупал его и поднес к глазам, однако по-прежнему ничего не увидел. Предмет имел форму шапки-ушанки и был совершенно прозрачен.
Митяй был далеко не дурак, и сказки помнил, поэтому мгновенно сообразил, что держит в руках. Шапка-невидимка! Тогда все остальное… он перевел взгляд на лежащие вещи и без труда определил: сапоги-скороходы, фляга с живой и фляга с мертвой водой. Улов более чем неплох. Митяй достал свою фляжку, торжественно чокнулся сам с собой, глотнул, после чего аккуратно сложил добытые вещи в мешок, но тут его внимание привлекла потемневшая от времени лакированная шкатулка, что лежала в центре пентаграммы. Подумав, что в шкатулке вполне могут оказаться драгоценности, Митяй протянул к ней руку, однако в последний момент отдернул, поразмыслил и обошел стол кругом, зайдя с той стороны, где луч пентаграммы был без свечи. Так, на всякий случай. Протянув руку, он быстро схватил шкатулку и ощутил, как невидимые ледяные пальцы железной хваткой сдавили его запястье.
- Умен, подлец, - раздался ехидный смешок в правом ухе Митяя, - полез бы через пентаграмму, уже бы сгорел. Это защита от дураков. А я – от умников вроде тебя. Сейчас я тебя буду немножечко убивать. Так что радуйся, что умрешь на несколько мгновений позже, чем должен был.
- Минуточку, - откашлялся рассудительный голос в левом ухе, - насколько я помню, ритуал предусматривает проверку личности и мотивов дерзкого. Вдруг это Имеющий Право?
- Не смеши меня, Михрун, - захихикал ехидный, - Имеющая Право вон, на кровати смердит. А это обычный воришка.
- И все же я бы попросил соблюдать ритуал, - уперся рассудительный Михрун. - В конце концов ты все равно его убьешь, как только он не сможет подтвердить свое Право.
- Что происходит? - Севшим голосом прошептал Митяй. – Кто вы такие?
- Мы? – Удивленно переспросил рассудительный. – Духи, охраняющие шкатулку, кто же еще? Меня зовут Михрун, моя функция – задать вопросы претенденту и оценить их искренность, а того, кто вас держит, зовут Дергун, его роль – казнить претендента, когда ответы нас не устроят.
Митяй машинально отметил это «когда», а не «если», и спросил:
- А если я буду предельно искренним?
- Молодой человек! Искренность – условие необходимое, но отнюдь не достаточное! Необходимо, чтобы ваши полномочия были достаточно весомы для изъятия шкатулки. Иначе – смерть, увы.
- Что ж, замечательно. Ваша шкатулка мне нафиг не нужна, и претендовать на нее я не собираюсь. Отпустите руку!
- Очень хорошо! Уважаемый Дергун, можете придушить этого воришку. – Произнес рассудительный и разочарованно умолк.
- Стойте! Стойте! Подождите! Что значит «придушить»? Я же не беру шкатулку! – Завопил Митяй, чувствуя, как на шее смыкаются холодные пальцы.
- Вы признали, что не имеете прав на шкатулку, однако пытались ее схватить. Это называется «воровство». Во все времена карается одинаково – смерть.
- Вы меня не поняли! Я не это хотел сказать! Я Имею Право!
Во внезапно наступившей тишине Митяй почувствовал, что его горло свободно, и принялся яростно растирать его свободной рукой.
- Ну допустим. Владелицей шкатулки является ныне покойная ведьма. Поэтому, пояснив свой статус, вы, возможно, обоснуете свои претензии . Первый вопрос я сформулирую так: какое отношение вы имеете к ведьме? Кто вы ей? Сын? Брат? Полюбовник? Внучатый племянник подруги? Я жду. Маленькая подсказка: ответ типа «знакомый», или «друг», не оставит вам ни единого шанса.
- Я могу подумать? - Задал он вопрос в пространство, по-прежнему разминая затекшее горло, - Вы меня не убьете?
- До первого неверного ответа, никто вас не тронет, молодой человек. Пожалуйста, думайте, сколько угодно. Однако слишком затягивать тоже не советую – Дергун вряд ли согласится отпустить вашу руку, а люди имеют странную привычку умирать от голода.
- Я понял, - пробурчал Давыдов, с облегчением переводя дух, и усаживаясь на стол, насколько позволяла прижатая к столешнице рука. Выкручиваться было как-то надо, как – пока неясно. Митяй исхитрился достать одной рукой измятую пачку сигарет, закурил, и с удовольствием затянулся. На второй затяжке Митяй подавился дымом и закашлялся – с кровати раздался ясно различимый протяжный стон, полный невыразимой муки, и перемежающийся неясным бормотанием. На кровати явно кто-то ворочался и пытался приподняться. Внезапно все заполнил недовольный мощный бас, от которого мелко задрожали свечи на столе, а у Митяя тонко зазвенело в ушах.
- ЧЕГО ТЕБЕ НЕЙМЕТСЯ? СДОХЛА, ЗНАЧИТ СДОХЛА!
- Ох, мочушки нет, хозяин, - забормотало, постанывая, нечто на кровати. - Тело померло, да не отходит душа моя черная, не пущают ее. Дозволь восстать ненадолго, силушку ведьмачью передать, тогда успокоюсь я. Чую в избушке дух чужой, человечий, сгодится он.
- ДО ПЕРВОГО КРИКА ПЕТУХА ВРЕМЯ ТЕБЕ! И ЧЕЛОВЕЧКА ТОГО НАЙТИ ТЕБЕ САМОЙ ПРИДЕТСЯ, БЕЗ ПОМОЩИ МОЕЙ!
- Ох, спасичерт, хозяин. До петухов хватит мне времени-то. К тому ж их тут отродясь не водилось. – Ведьма мешком свалилась на пол, и хрустом начала подниматься. До Давыдова донеслась волна невыносимого зловония лежалого трупа. Митяй с содроганием смотрел на позеленевшее перекошенное лицо с вытекшими глазами и провалившимся носом. Ведьма слепо вертела головой, не решаясь двинуться с места, и Митяй немного успокоился: «небось немного разглядит, без глаз-то». Однако он недооценил старуху: колдовской силы ее никто не лишал. Ведьма, мелко трясясь, начала невнятно что-то бормотать, и размахивать костлявыми, кем-то обглоданными руками. Перед ней сгустилось облако зеленоватой тьмы, и к ногам старухи влажно шлепнулся сгусток размером чуть менее футбольного мяча. Бабка проворно подхватила наколдованный сгусток, который оказался неизвестно чьим глазом небывалых размеров, и с чавкающим звуком насадила его на клюку.
- Эй, Михрун, - сглотнув, позвал Давыдов, с трудом отводя взгляд от ведьмы, - какой там, говоришь, первый вопрос? Кто я ведьме? Так вот, мой ответ – муж!
- Кхе-хе-хе, - раздался довольный голос Дергуна, - вот дает! Муж! Лучше б полюбовником назвался! Что, Михрун, удавить его за вранье-то?
- Нет, - чуть помедлив отозвался рассудительный, - не стоит. Он не соврал. Он действительно муж ведьмы. Правда, по всей видимости не этой, но в вопросе это не оговаривалось, к сожалению. Ответ принят. Но есть еще и второй вопрос. Вы готовы, молодой человек?
- Давай, давай, не томи, - одними губами прошептал Митяй, наблюдая, как ушлая старуха, ковыляя, передвигается по комнате, выставив перед собой клюку с насаженным на нее глазом. Наверное глаз видел не очень хорошо, потому что ведьма тыкала им в каждый угол и закуток, пытаясь обнаружить Митяя.
- Хорошо. Вот второй вопрос. Почему вы решили забрать шкатулку? Кто вас послал? Предупреждаю, это должна быть весьма авторитетная личность.
Давыдов попытался вспомнить, есть ли у него в знакомых авторитетные личности, но в голову ничего не лезло. Сказать, что сам решил? Тут ему и крышка. Снова сослаться на жену? Так Михрун легко различит вранье…
Тем временем ведьма завершала круг по комнате, неотвратимо приближаясь к Давыдову. Ткнув глазом на клюке в лицо Митяя, старуха торжествующе взревела, однако ни кусать, ни хватать парня не стала. С чавканьем распахнув гнилой рот она выдохнула на Давыдова облако каких-то мелких черных мошек пополам с невыносимой вонью. Немыслимым образом извернувшись, чуть не вывернув руку из сустава, Митяй забился под стол, избегнув роя губительных мошек.
- Михрун! Леший! Леший меня послал! Дергун, отпусти руку!
- Ишь, ты, руку ему отпусти, - заворчал невидимый Дергун, не торопясь отпускать. – Тебя, небось, сейчас душить придется, а, Михрун?
- Нет, - вновь помолчав ответил Михрун. – Пожалуй, не придется. Я не понимаю, как такое может быть, но он не врет и на этот раз. Его действительно послал леший. Мы не имеем права убивать посланца такой авторитетной личности. Отпусти его, Дергун. Шкатулка ваша, молодой человек. А мы отныне свободны.
Почувствовав, что рука свободна, парень рванулся прочь из-под стола подальше от мерзкой старухи, и почти увернулся от второго облака черных мошек, однако пара самых зловредных забилась-таки в нос. Митяй почувствовал разгорающееся жжение в груди и оглушительно чихнул. Ситуация складывалась патовая. Их с ведьмой разделял огромный стол, и достать она его не могла. Однако стояла она возле двери, поводя из стороны в сторону клюкой, и двигаться с места не собиралась, не оставляя Давыдову ни единого шанса вырваться. Осторожно протянув руки, Давыдов сгреб со стола мешок с чудесами и шкатулку, и осторожно двинулся в сторону двери. Бабка медленно двинулась навстречу, выставив поперед себя мутный глаз. Митяй, не останавливаясь, неторопливо полез свободной рукой за пазуху, и вытянув флягу с коньяком, резким движением метнул ее в ведьмачий глаз, одновременно рванувшись к двери. Услышав за спиной шлепок и громкое шипение, Митяй с размаху грянул в дверь всем своим немаленьким весом. «Щас вышибу» - успел подумать он, и зажмурился, однако та даже не шелохнулась, и он, потирая отбитое плечо, обреченно повернулся посмотреть, что натворил. Старая фляжка черненого серебра проела в глазу внушительную дыру, и ведьма, бормоча и водя руками, торопливо пыталась зарастить ее. На секунду прервавшись, она повернула к Митяю незрячее лицо, и перекосилась, что видимо, должно было обозначать улыбку.
- В этом доме я хозяйка. Отсюда ты не выйдешь, - хрипло произнесла она, и шаркая по половицам, направилась к парню, неподвижно подпирающему дверь.
Давыдов стиснул кулаки, и приготовился подороже продать свою жизнь, но тут неожиданный крик петуха бросил ведьму на колени. Ничего не понимая, глядя на с трудом поднимающуюся ведьму, Митяй покрутил головой: откуда петух среди ночи? Тут его осенило, и он медленным, несколько даже театральным движением вытянул из кармана мобильник. Экран светился входящим вызовом «Леший» и заливался петухом!
Ведьму корежило, она все громче подвывала, до Митяя донесся хруст перемалываемых зубов, но старуха упрямо пыталась сделать еще шаг. И вновь все пространство заполнил грохочущий бас:
-ЧТО ЖЕ, МОЛОДЕЦ ЧЕЛОВЕЧЕК! БЕГИ ПОКА Я НЕ ПЕРЕДУМАЛ! – при этих словах дверь распахнулась, и Митяй кубарем вывалился в предутренний туман.
- Но, хоозяиин, а яяяя? - продираясь сквозь кусты, успел услышать он вой старой ведьмы.
-МОЛЧИ ТВАРЬ, У ТЕБЯ БЫЛ ШАНС!

V

Полдень следующего дня выдался пасмурным, моросил мелкий дождик, однако друзей, сидящих дома у Давыдова, это особо не беспокоило. Маришка с хмурым лицом накрывала на стол, Митяй хлюпал носом и бубнил, что он больше так не будет, а Витек делал вид, что он тут вообще не причем.
- Ладно, забыли. Давай, показывай свои «чудеса», - Маришка вытерла руки о передник и требовательно взглянула на Митяя.
Митяй подбоченился, и обстоятельно, по одной, начал выкладывать из котомки волшебные вещи.
- Шапка-невидимка!
- Сапоги-скороходы!!
- Живая и мертвая вода!!!
Закончив, Давыдов с гордостью посмотрел сначала на жену, потом на друга. Маришка, покачивая головой, молча перебирала разложенные на столе вещи.
- Мить, а скажи, почему ты решил, что это именно то, о чем ты думаешь?
- Что-нибудь не так? - заволновался Митяй. - Дык, очевидно же. Шапка-невидимка – на, пощупай. Вот сапоги. Наверняка скороходы. А в двух одинаковых флягах, что еще быть может?
- Понимаешь, Мить… это бесталанные вещи. Или как их еще называют – «Дурацкие чудеса».
- Так это что, не шапка-невидимка?
- Ну, почему? Именно шапка-невидимка, только… понимаешь… во все времена, волшебные вещи создавались так: колдун подчинял духа, способного создать волшебный предмет, и дух создавал то, что заказывал колдун. Но вот колдуны – они ведь тоже просто люди, и не всегда умеют выразить свои желания правильно.
- И че?
- И ничего. Колдун, который заказывал эту шапку, так и сказал духу: «хочу шапку-невидимку». Он ее получил. Так что это всего-навсего невидимая шапка, ничего более.
- Вот те раз. А чего с живой и мертвой водой?
-Это не живая и мертвая вода, - Маришка взяла в руку одну из фляг, - эту флягу заказал один купец. Он водил караваны через пустыню, и пожелал иметь такую флягу, которая не теряла бы напрасно ни капли налитой в нее драгоценной влаги. Когда он, обрадованный, наполнил ее, то естественно, не смог отпить ни капли.
- Эта, - она взяла в руки вторую флягу, - была создана одним восточным магом. Он мечтал обладать флягой, в которой никогда не заканчивалось бы вино. Этот маг был умен, и оговорил все условия, чтоб вино действительно лилось рекой. Оно и сейчас польется, можешь в этом убедиться.
- Ну так это же замечательно, - плотоядно потер руки Митяй, - а ты говоришь – бестолковые чудеса! Такое чудо нам нужно!
- Милый, успокойся, - улыбнулась Маришка, - не уверена, что ты захочешь его попробовать. Эту флягу создали триста лет назад, вино давно превратилось в уксус, однако, согласно уговору, никогда не закончится.
- Ну, ладно, нет, так нет, - заметно огорчился Давыдов, - ну а с сапогами-то что? Не работают?
- Вполне работают. Их создавал колдун без особых запросов, он не требовал мгновенного перемещения, левитации, или чего-нибудь в этом роде, ему вполне было достаточно, чтобы сапоги перемещали его по земле со скоростью сорок-пятьдесят верст в час. Так он и заказал духу.
- Кажется, я догадываюсь, чем закончится, - подал голос Витек.
- А я не догадываюсь, - насупился Давыдов, недовольный, что чудес больше не осталось, - в чем подвох?
- Ты прав, Вить, - тряхнула волосами Маришка, - этого колдуна разорвало пополам при испытаниях сапогов. Ведь один сапог бежал сорок верст в час, а другой пятьдесят. Как, собственно и было заказано.
Слышь, Митяй, ты же еще вроде какую-то шкатулку спер, говорил. Чего там, в ней, не глядел? – Беспечно произнес Леший, громко хрустя огурцом.
- Да там ерунда оказалась, листки какие-то, - махнул рукой Митяй, - ничего интересного.
- Ну-ка, ну-ка, покажи, что за листки, - заинтересованно взглянула на него жена.
Давыдов аккуратно разложил на столе несколько смятых листков. На каждом из них был какой-то текст, с заголовком вверху. Заголовки были не очень понятны: «На татя», «На лихого дядю», «Тревож» (именно так, без мягкого знака), «Слово птахи», «Слово твари». Маришка, посерьезнев, внимательно рассматривала листки.
- А вот это стоит всего остального, - задумчиво произнесла она, - береги эти листки, Мить, хорошо?
- Ну, давайте, с возвращением, что ль? – Немного смущенно произнес Леший, протягивая каждому кружку пива. – В конце концов, никакие чудеса друзей не заменят, ведь так?
И все трое согласно кивнули.


Panbaik's picture

Давай быстрей выкладывай,меня жена пилит!!!


Arman's picture

Где можно найти продолжение?


DOMINATOR's picture

выкладывай вторую часть на форум, надоело ждать пока выложит статью на сайт.


Arman's picture

Когда уже будет продолжение?



Даешь вторую часть!!!



Чегой-то Федор не торопится выкладывать...


Arman's picture

Что то долго.....
Хотю продолжения!=)



Ну раз начал то пиши до конца, что на середине остановился? А то что букаф много - это не страшно... да и какая разница, кому интересно - прочтёт, кому нет - нет. Так что не дрейфь и выставляй вторую часть.


Panbaik's picture

Хочу продолжухи.Если могеш полный,вышли на panbaik@mail.ru.Я из РБ постоянно под %



Не, ну и че? Автор заболел? Чтива! Зрелищ!


Arman's picture

Как там с продолжением?



Ну, продолжение я отослал. Теперь весь вопрос, когда штирлиц выложит.



Зачетно!! Продолжение в студию!!!!


Arman's picture

А когда будет остальная часть?
Интересно очень!



Хлеба и зрелищь так сказать, короче продолжение, евли можно поскорее =)



супер. жду продолжения


Fox's picture

Автор!!! Не томи душу, продолжение давай!!!!



Ага... ну что ж, на днях выложу продолжение...



даёшъ продолжение!?


remeslinik's picture

Мега сказка))) Интересная!!!



АУ!!! Продолжение давай!!! :)



Давай, дальше, круто!!!!



Да. Где продолжение? :0)


Kuz_Biker's picture

Позволю себе, как читателю, некоторую критику: чуть поменьше описаний, уточнений, объяснений... Чтоб "мяса" осталось так же, а "ваты" поменьше. Вцелом, понравилось, читать интересно. Жду продолжения.



зачот))))


64RUS's picture

мне понравилось с нетерпением жду продолжения!!!


МоторЧИКкостомайзер's picture

хорошая байка! жду продолжения...



жду продолжение! оч неплохо!


Bumbr's picture

по "чуть-чуть", самое оно!


AIIIOT's picture

приключение хоббита)))хорошо пишешь, есть стиль!!! жду продолжение, но не спеши.. а то продолжения недороботаный зачастую бывают)))


Greg_zizak's picture

Очень долго жда продолжения про Митяя, наконец дождался! Молодец, мужик!



Молодца!жду продолжение


ali-baba's picture

Интересное чтиво!


Garage's picture

Супер!!!Давай ешо!!!!!!


KotoVasya's picture

А я уж думал, будет надругательство с применением кардана...


Troll's picture

Неплохо, продолжай.

Активные обсуждения форума

User login