На Крайний Север на Уралах! Москва - Кольский Полуостров, Лиинахамари, 05-18 июля. Собираем снарягу | OPPOZIT.RU | мотоциклы Урал, Днепр, BMW | оппозитный форум, ремонт и тюнинг мотоциклов
Home

На Крайний Север на Уралах! Москва - Кольский Полуостров, Лиинахамари, 05-18 июля. Собираем снарягу

оппозитчик AntoniGutslasher
чтоб поменять аватар - читай FAQ
нахождение: Измайлово, Семёновская!

По инициативе товарища Подводника, на повестке дня новая модная авантюра от команды Уроган - акция "Бобровая миграция", которая ставит перед собой целью доехать колонной Уралов до самого северного населённого пункта РФ - Лиинахмари.

Подробнее о месте:
http://photoocean.ru/liinahamari-tayna-v-treh-chastyah/

Едут:
Подводник (Урал-Wolk 2.0 модернизированный)
AntoniGutslasher(Урал Гурзуф м67-36 на 750сс движке)
Дядя Андрей Урал Волк с коляской
Зелёный Ямаха Серроу
mixon Драгстар
Zubnik Синий колясыч

4 урала 2 японца. Нормально.

Традиционно собираем контакты из городов по пути чтобы традиционно познакомиться, забухать, крутануть гайки.

План путешествия примерно такой:
(5 июля) Москва - Великий Новгород (540 км)
(6 июля) Великий Новгород - Петрозаводск (510 км)
(7 июля) Петрозаводск - Кемь (410 км). В Кеми если получится, зарулим в Соловки.
(8 июля) Кемь - Мурманск (560 км). Чад кутежа в Мурманске.
(9 июля) Бухаем в Мурманске, забираем пропуска в погранзону, ходим по музейчикам.
(10 июля)Едем на Лиинахамари, где тусим пару дней, пока всё не обсмотрим.
(13 июля)Посещение полуострова Рыбачий и водопада (одним или двумя днями в зависимости от погоды. Дорога по острову это грунтовка протяжённостью всего в 50 км
(14 июля)Едем назад

(ЖМИ ЧТОБЫ УВЕЛИЧИТЬ)

Ориентировочно выламываемся оттуда во вторник 14го. День выходных - резервный (вдруг сломается кто), берём на всякий случай.
Хотя с таким количеством Уралов в колонне хрен чо спрогнозируешь.
Но это стопудово будет весело.

Дорога обратно примерно такая же, можно разве что поехать с другой стороны Ладожского Озера и заглянуть в Питер.



Тестер был не плохой, у него крона села. Дома работал, но на последнем издыхании.


cptGreen's picture

Я это и имел в виду. Просто писать "тестер с севшей батарейкой" писать длинее чем "плохой".

Когда уже будет глава "Альпийские стрелки" в котророй мы забрались на самую высокую вершину кольских Альп, съехали на попе по камням, как Суворов и "расстреляли" все сиграеты у "...старого, беспомощьного и слабого..."?


cptGreen's picture

Антонио! Тебе только в Мексике сериалы снимать!

Даешь "Глава 7" о взлётах и падениях воли, о побеге Миши и Лёши и о том как ты у Деда свитер отобрал! И краба.


AntoniGutslasher's picture

ща, чёто я расслабился
Ща напишу.


AntoniGutslasher's picture

Глава 7

Геморрои начинаются и разрешаются. Первая часть добирания на полуостров Рыбачий

Неспешно собравшись и покушав, команда Уроган двинулась в сторону полуострова Рыбачий. Настроение у всех было явно позитивное, поскольку у нас появились миссия и новые силы.

Где-то на полпути к полуострову, во время разговора с Жекой по интеркому в наушниках раздался знакомый "Пук!" - мотик Зубника опять пропустил искру. Видимо, ненадолго хватило акума ДедАндрея.

Заправляясь после лагеря, мы на всякий случай залили канистры резерва - на Рыбачьем заправок нет. Проехав около сорока километров в сторону полуострова, мы остановились около мемориала Воинской Славы, возведённого в честь воинам, павшим в Великую Отечественную Войну за русское Заполярье.

Тогда мне пришла в голову мысль, что в общем-то, наверное следует обратить своё враньё перед сотрудницами бюро в правду, и действительно сделать некий репортаж, посвящённый битвам с немцами и их союзниками за родную землю в те суровые дни. И сейчас говорю, что репортажу - быть, к дню 71-летия Победы.

Мемориал представляет из себя огромную длинную чёрную мраморную плиту плиту с высеченными именами павших в тех славных боях героев. Издали кажется, что плита серая и на ней ничего не написано, а при подходе ближе становятся понятным, что это всё фамилии, фамилии, фамилии... Много тысяч фамилий. Наводит грусть и заставляет задуматься.

Неподалеку какие-то военные проводили техобслуживание танку на постаменте. Оказывается, танк рабочий, и принимает участие в парадах. Такну семьдесят лет, а он всё на ходу, несмотря на то что всё это время стоял под открытым небом. Охренеть - техника!

Почтили память героев, пора ехать дальше. Просвинячив ещё сорок километров километров по живописнейшей дороге, вьющейся между скал и фьордов, мы остановились в посёлке Титовка, чтобы перекусить, а после этого уже ломиться на Рыбачий. По ходу дела мы украсили грузовик-памятник нашей наклейкой.

Скушав по пирожку и выпив кофейку, мы узнали от местных дорогу до полуострова Рыбачий. Она ответвлялась от трассы совсем недалеко от нашего кафе. Свернув на дорогу, мы сразу поняли, что асфальт тут не ахти. Везде ямы, дырки, порой и лужи. Лужи, кстати, в этих краях высыхают крайне долго, потому что воде банально некуда впитываться - местность-то скалистая.

Через пару километров кончился и асфальт. Началась хреновая грунтовка - вся щербатая, покрытая мелкими, а-ля лунными кратерами и торчащими здоровыми валунами.
Миксон, Зелень и Жека Подводник укатили довольно далеко, а я ехал за Зубником, который отставал. Осьминожка снова начал глохнуть, и чем дальше мы углублялись в чащу, чем чаще он глох в этой чаще.
Два километра, километр, пятьсот метров.. Это не добавляло уверенности в успех мероприятия.
ДедАндрей также ехал медленно, потому что за счёт низкого клиренса своего Волка с коляской постоянно цеплял поддоном, выпускными патрубками и глушителями за грунт и камни.
Волк увечился на глазах. Вскоре ДедАндрей, остановив нашу троицу, оповестил нас, что дальше ехать на Волке он не сможет - снесёт выхлоп с таким клиренсом. В это же время интерком связь между мной и Жекой прервалась из за скалы. Жека, Миксон и Зелёный укатили дальше и остановились на небольшой стоянке.

ДедАндрей уже угрожающе полез за палаткой, сказав что поставит её прямо тут. Я взял тайм аут и поломился с утроенной скоростью догонять Зелёного, Жеку и Мискона, чтобы ввести их в курс дела.
Через двести метров, рядом со стоянкой платной рыбалки я их и встретил.

Я рассказал им о проблеме с Волком ДедАндрея, и мы решили так: Волк ДедАндрея ставим на стоянку, ДедАндрей едет со мной, а остальные на своих конях.

Сказано - сделано. Совершив всю необходимую логистику по перекладыванию барахла, мы двинулись дальше. Дорога станосилась всё хреновее. Начали появляться небольшие броды. Из песчанистой она превратилась в каменистую. Жека с Миксоном и Зубником снова оторвались от нас вперёд, а в один прекрасный момент мотоцикл Зубника заглох и больше не завёлся.

Я, ДедАндрей и Зубник стояли посреди просёлочной дороги, почёсывая репы в полной жопе мира в компании двух Уралов, один из которых был не работающим. Мимо нас гордо проезжали внедорожники и эндурики. Как то раз встретился чел на приводном Gear-Up-е из Питера. Говорил что для приводника дороги нормальные. Можно проехать весь полуостров не особо обламываясь.
Выхода было два - или чинить мопед или мне снимать аккумулятор. Я было начал снимать аккумулятор (у меня на мотоцикле эта задача - не из лёгких, так как снимать приходится очень, очень много всего) В итоге я понял, что это тоже будет как мёртвому припарка - Осьминожка сожрёт и этот аккумулятор, и тогда мы встанем абсолютно так же – только дальше от дороги.
"Чините, короче электрику, ё%та" - посоветовал я ДедАндрею и Зубнику и принялся прикручивать свой полуоткрученный аккумулятор назад.

Через какое то время вернулись Зелёный, Подводник и Миксон, уехавшие от нас вперёд. Оценив ситуацию, достали тестер и стали шаманить проводку.
Всему виной оказалось какое то колхозное реле светодиода зарядки, которое Зубник установил в цепь. Оно снижало напряжение подаваемое на аккумулятор, отчего тот не заряжался. Пока происходило всё это ковыряние, я с Зелёным и Подводником дичайшим образом собрали мотик.
И мы поехали дальше, трясясь дёргаясь и подпрыгивая. Дед Андрей весело подпрыгивал за мной на заднем сидении. Вилка весело хыркала а подвеска весело фыркала.
Всем было очень весело.


harleych's picture

с тех пор событий в жизни не было?


AntoniGutslasher's picture

Глава 8. Грёбаные звери, приезд на полуостров Рыбачий на котором мы встретили Таинственного амриканца и нашли секретный бункер Гитлера.

Отъехав от места ремонта, мы встретили стоящий на обочине сломанный грузовик "КрАз", владелец которого, не то что по локоть в масле, а по самую голову в масле, видимо, безуспешно пытался починить его. Вид у него был подавленный и депрессивный. Он с завистью смотрел на нашу пердящую, но ехавшую колонну.
Мы проехали относительно скоростной участок дороги длиной в несколько километров и выехали на живописное плато, где сделали несколько наимоднейших фотокарточек.


Встретили Африку из Питера – он возвращадся на внедорожнике с Рыбачего. Пожелал удачи тем кто на чопперах.

Дорога стала портиться на глазах. То, что было до платной рыбалки, было хайвэем. Начались спуски и подъёмы, зачастую обильно присыпанные щебнем и усеянные торчащими то там, то тут валунами. Я начал шаркать наружным глушителем по валунам. Тогда, кстати, я и понял, почему на Уралах после модели м67-36 был реализован выхлоп 2 в 1. Это не только удешевляло конструкцию, но и делало выхлоп мотоцикла менее склонным к повреждениям при езде по бездорожью (правда, в ущерб красоте мотоцикла). Внутренний же глушитель у меня не помялся нисколечко – сам не понимаю, почему страдал лишь внешний.
Жека, Зелёный и Миксон скрылись впереди. Зубник ехал очень медленно, отчего я очень нервничал. Но когда на очередной остановке я попросил его немного пришпорить дрын, он поехал порезвее. Вау! Не ожидал что он так втопит. Теперь я еле успевал за бешенным Осьминожкой.

По дороге сфоткались на скале лёжа на мху. Очень мягко и приятно. И, главное, никаких насекомых.
Зелёному, конечно, было полное раздолье. Он скакал на своём эндурико от одной группы к другой, дико торопя отстающих и подкалывая всех, что, мол, еле тащимся. Видимо, для него это была месть за отсиженную задницу на швеллеро-сидении Сиропчика на «асфальтовых», «дальнобойных» участках пути, которые мы проделали ранее.

У Жеки, не выдержав побоев и обид, «внезапно» отвалился глушитель. Исправив погнутое крепление молотком из моего инструментального набора, мы потошнили дальше.

Миксон упал на подъёме. Поднимали как могли. Всей тусовкой.
Проезжавший мимо вездеход презрительно пёрнул дымком в нашу сторону.

Я демонстрировал модное ралли на горной местности съезжая на бешеной скорости с горок и демонстрируя чудеса управления колясычем.

После того как Миксон шандарахнулся в третий раз, грозно выкрикивая при этом страшное ругательство «%баные звери!!!!», и пообещав сдать меня за инициативу поездки на Рыбачий в сексуальное рабство в ИГИЛ, мы решили передохнуть. У Миксона был самый тяжелый мотоцикл-одиночка из всех наших, и ему действительно пришлось нелегко в этой поездке.

Мы сфоткались тусовочкой и поехали дальше. Местность была совершенно скалистая – лишь карликовые берёзки цеплялись за скалы.

Высота берёзки в средней полосе России обычно достигает 30 метров. Здесь же, рядом с Северным Морем, редкой берёзке удаётся вырасти выше полуметра. Да и то, растут они не вверх, а вгрызаются в скалу, представляя из себя изогнутый корявый прутик с листиками размером с ноготь на мизинце.

Возраст такого прутика может составлять несколько десятков лет. Кое-где, где ветер не так продувает пространство, деревца могут вырасти до пары метров вверх, и возраст их может составлять более ста лет. На вид же ей - лет пять.

Через какое-то время у Жеки ещё разок отвалился глушитель, из-за чего пришлось останавливаться. С высоты, не которой мы находились, виднелся полуостров Рыбачий, испещрённый редкими грунтовками. Тридцать километров дороги, не ремонтировавшейся с Второй Мировой войны, были пройдены. Это внушало бодрость духа и угар. Осталось совсем немного.

По пути нам достаточно много раз встретились перевернутые машины и фургоны, валяющиеся в обрывах. Многие из них были сожжены.
Дед Андрей сказал, что в северных условиях, если застрял где-либо на машине, после подачи сигнала о помощи и после того, как в машине перестала работать печка, первым делом нужно жечь эту самую машину. Разбирать и жечь. Иначе замерзнешь насмерть за пару часов, а, находясь у костра, есть хотя бы около суток запаса.
Видимо, эти машины в канавах и жгли, слетев с дороги зимой, чтобы не окочуриться с холода. Суровая штука – север!
Преодолев перешеек, отделяющий полуостров от материка, мы поняли, что миссия выполнена. Сотовые телефоны поприветствовали нас в Норвегии и предложили тариф «В роуминге за 5 минут без штанов».
Руководствуясь указаниями, которые дал нам Африка из Питера, мы достаточно быстро нашли мото-лагерь. Преодолев последний брод (что было заснято обитателями лагеря на телефон и пшикнув паром от раскалённных движков, мы подъехали к лагерю.


Времени было около 23 часов. Мы преодолевали перевал примерно 6 часов. Это определённо было первое серьёзное достижение, сделанное нами за это путешествие.

Поздоровавшись с обитателями мото-лагеря, мы узнали, что большинство приехавших «мотоциклистов» явилось сюда на внедорожниках, а их эндурики, на которых они рассекали по острову, ехали в прицепах. Зелёный сказал, что это полные слабаки и они прицепо-циклисты.
Вокруг Жекиного Волка собралась офигевающая толпа прицепо-циклистов, откуда периодически доносились возгласы типа «Как это сюда доехало?!». Жека скромно отвечал.

Пока мы ставили палатки, к нам подошёл внушительного вида дядька в возрасте, оказавшийся гражданином США, и, до кучи, фанатом Уралов, членом клуба владельцев мотоциклов с коляской Джорджии. Он приехал на полуостров с Харлеичем за пару дней до нашего приезда. Он рассказал нам, что по приезду он моментально нарезался русской водки и получил оголтелую травму ноги, в диком угаре споткнувшись о немецкую колючую проволоку и упав со скалы с высоты ста метров. В результате этого падения на ноге у горе-байкера появился синяк и были поностью раздавлены четыре находящиеся внизу эндуриста. Поговорив о нелёгкой жизни владельцев Ирбитских мотоциклов, я дал американцу горсть мощнейшего обезболивающего, которую он моментально съел, после чего стал прогонять космические телеги на смеси русского и английского языков. Он дико признался в любви к России, сказал, что Обама – чмо и до него скоро доберётся моднейшая бригада карателей, чтобы установить в США белый порядок. Вскоре иностранного гостя сморил сон, и он ушел спать в тряпочный саркофаг из палатки.

Мы бухнули и покушали солдатских пайков, после чего я сфотографировался на мотоцикле на северном пляже Баренцева Моря. Вот она, эта фотка!

Когда я попытался оттуда уехать, я дико застрял в предательской гальке.
Но меня вытащили.

На берегу повсюду валялись в огромном количестве мидии, которые можно было раскалывать и есть прямо сырыми, что я и делал, шатаясь с сиськой пива по берегу и заедая это мидиями, как французский гурман.

Чуть позже мы отправились смотреть немецкие укрепления. Харлеич махнул рукой в их сторону, сказав что «вам туда!». Ну мы и попёрлись напрямик.

По пути мы нашли современные не стреляные патроны от АК, патроны от какого-то пистолета типа Люгера и сыроежку.


Повсюду валялись ржавые патроны и были оборудованы окопы времён Второй Мировой. С некоторый точек вёлся настолько дичайший огонь, что слой патронов на сказах достигал десятков сантиметров.
Вокруг окопов шла колючая проволока; местами сохранились и палки, к которым она была прицеплена.

Практически каждое укрепление имело пулемёный дот, а два из них были оборудованы помещениями, выдолбленными в скале.

К сожалению, техническое оснащение наших фото-приборов не позволяло снять эти бункеры изнутри – не хватало вспышки.

Мы дико спорили, был ли в этих бункерах Гитлер. Хоть все и утверждали, что его там не было, я считаю, что он там на самом деле был. Так интереснее. И эта чайка со мной согласна.

Повсюду валялись не только патроны, но и фугасные снаряды. На многих сохранилась маркировка. Калибры были как правило 105мм. Почти на всех гильзах сохранилось также и клеймо завода, где они были выпущены.


Меж укреплений мы также нашли небольшой современный мемориал, памятующий редким путникам о проходивших здесь сражениях.


Полазив по укреплениям, мы отправились назад. Жека сказал, что на полуострове Немецкий, что за Лиинахамари, укрепления ещё интереснее и круче.
Мы с Дедом Андреем на обратном пути решили срезать путь, и у нас это дико получилось. По пути Дед Андрей рассказывал про суровую природу Тикси, в котором ему довелось служить, и всяко-разные приключения, происходившие там.

А остальные шлёпали по тому же пути, как и пришли, босиком, через ставший глубоким, по вине прилива, брод.

Шёл третий час ночи. Все устали и поэтому было решено лечь спать. Я добил остаток вискаря и пошёл посмотреть на море. Смотрел очень долго.

Потом вернулся в лагерь и шмякнулся в палатку рядом с Жекой и Дедом Андреем, который забыл свой коврик в Волке, и в результате чего, за неименеем других ковриков, спал на камушках.
Только значительно позже я догнал, что мог бы предложить ему длинный резиновый коврик из коляски, но тогда мой пьяный мозг так хорошо, конечно же, не соображал.


BESToloch's picture

Антоний, патроны не от калаша, а от немецких карабинов к98 и пулеметов мг. Они похоже на патроны от калаша, так как у них гильза тоже без бортика в нижней части, но патрон намного крупнее.


AntoniGutslasher's picture

Глава 9. Лиинахамари.
Учитывая, что минимум 35 километров раздолбанной медленной дороги ДПСа не предвиделось, то проснувшись, я естественно похмелился. Голова сразу заработала как надо.

Быстренько перекусив, свернув палатки и собрав вещички, мы направились в обратный путь. Попрощались также с дядькой из Джорджии, который от выпитых таблеток стал очень довольным и дико благодарил нашу тусовку.
На прощание добрая девчонка подарила мне полканистры бензина – она утверждала что он плохой и её не нужен. Эти два литра херового бензика потом спасли всю нашу поездку от неминуемого краха.
Обратные 35 километров горного перевала особо ничем не запомнились, кроме того что я протрезвел ещё на полпути, и окончательно домял глушители –огурцы. Миксон не падал. Жека ещё разочек отвалил глушители. Стандартная процедура сборки.
По пути я нашёл странное растение похожее на морскую звезду.

Наконец доехали до стоянки с рыбалкой, на которой мы оставили Волк Дяди Андрея. Сфоткались у дичайшего водопада с встроенным сабвуфером. Басы он издавал что надо. В водопаде порой было видно как плюхались вниз форелины. Порой довольно здоровые.

Забрав мотоцикл и перераспределив барахло, поехали к шоссе. Дядя Андрей положил свой шлем на багажник коляски и моднейшим образом его профукал через пятьдесят метров.
Пропажа обнаружилась лишь только когда мы приехали к кафешке с памятником дорожной технике.
ДядяАндрей был в полном ужасе от отсутствия шлема, но тут на помощь пришёл зелёный, который поскакал искать его на своём Сиропчике.
Я же в это время звонил в ФСБ по Мурманскому округу. Была пятница, два часа дня.
Сработала ли легенда об известном журналисте-блогере Андрее Кашаеве или нет? Я думал об этом когда в трубке были гудки.
Легенда сработала. Тётка на другом конце провода приятным голосом уведомила меня что документы готовы. Но получить их нужно до 15-45.

На часах два часа!!
Мы около Рыбачего!!
До Мурманска полтора часа (120 км)!!
Я (заказчик пропусков) НА УРАЛЕ!!!!
Мама!!!!
В течение нескольких секунд я оставил инструменты Жеке, который вошкался с креплением для своих многострадальных глушаков, одел шлемак и прыгнул в седло колясыча, объясняя по ходу друзьям нашу беду.
Все приуныли.
Ибо чтобы доехать вовремя, средняя скорость до города должна была быть примерно 90 километров в час. Вероятность добирания вовремя была практически нулевая. В качестве навигатора со мной вызвался поехал Миксон, чтобы координировать меня по улицам города.
Эх ща зажжом!
Гурзуф спокойно поехал 110-115 километров в час (Вася круто собрал движок), и я было обрадовался. Но скоро мы въехали в холодный туман, и мотор стал чахнуть. То ли я перегрел двигатель, то ли мотору не хватало воздуха, но крутился он достаточно погано. Быстрее 95 км/ч не ехал никак, несмотря на выкрученную до отказа вонючку (реально дроссели выше не поднимались). В те редкие моменты, когда туман проходил, мотик ехал немного резвее, но это было недолго. Возможно хреновый бензин который мне дала девушка, вначале плавал где-то вверху бака, и вот он наконец дошёл до топливной магистрали. Точно сказать не могу.
Внезапно я потерял Миксона из вида. Он остался где то сзади. Я не мог позволить себе остановиться и продолжал свинячить дальше. Я воссоздавал путь следования до ФСБ – было только несколько спорных моментов, которые я без проблем бы узнал у пешеходов. Но все равно неудобно.
Прошло примерно сорок минут езды в одинаре. Пых пы –пыпыпых… - сказал движок и заглох. Я врубаюсь – кончился бензин. Это мне не очень понравилось, потому что я не мог припомнить ни одной заправки от Мурманска до Рыбачего.
Учитывая что резерва Урала хватает на 30-35 км, я вообразил, что этого мне до Мурманска хватит. Однако, шит-указатель с надписью Мурманск 70 практически полностью выбил из меня надежду что у меня что-либо получится. Я уже живо представлял как бензин полностью заканчивается, после чего я стою и вяло дрочу рядом с остывающим на обочине мотоциклом. Тем не менее я тупо ехал вперёд, врубаясь, что маленькая надежда, но есть.
Внезапно сзади показался Миксон. У него было примерно три литра бензина (показал мне жестами). Мало.
Впереди указатель – Мурманск 36. Неужели я проехал на резерве тридцать шесть километров? Вот это да!
На этой мысли Гурзуф стал глохнуть. Кхе-кхе-кхе-пу-пу-пу-по-по-по-по……
Я заехал на горку и с вершины увидел заправку. «Повезло» - подумал я. Мотоцикл заглох и уже своим ходом с горки вкатился на АЗС. Заправка была ржавая и чудовищно убогая. Она называлась пафосным словом Легион. Колонки были со стрелочками как в Совке. При этом бензин был естественно, крайне дорогим. Я залил десятку литров и понял, что всё получится.
До закрытия ФСБ было 35 минут. До Мурманска – 33 километра. Ехать надо было со средней скоростью 60 километров в час. Это будет непросто.
Хоть и повезло, но радоваться было рано. Впереди городской трафик с пятничными пробками.
На 95м бензине Гурзуф поехал немного получше, стал хорошо крутиться. Мы въехали в мурманск и устроили адский стрит-рейсинг на одной Драге и колясыче. Хорошо что нам не попались гаишники, а то бы штрафов за обочину, дворы, объезд пробок по встречке мы нагребли изрядно. Хренача 80 кмч на второй передаче Урал дико пугал жителей города.
Один раз Навигатор Миксона завёл нас не туда, указав неверный поворот на перекрёстке. Миксон матерится, а у меня сжимается очко, ведь дорога каждая минута. Я смотрю на часы: 15-31. Четыре минуты до закрытия ФСБ!
Впереди нас, как назло, ехал мерзкий жёлтый вонючий грузовик который тормозил как мудак, и вдобавок всех пропускал. Если бы у меня была бы граната, я бы без сомнения кинул бы её в этот проклятый говновоз. Хорошо, что у меня не было гранаты.
И вот, наконец, перед нами показалось здание ФСБ. Я скинул шлем взял рюкзак и бегом побежал к воротам. Калитка была закрыта. Я позвонил в звоночек и попросил открыть дверь, чтобы пройти в бюро пропусков. На часах было 15-34. Мне открыли дверь и я пулью вломился в бюро. Тётушка находящаяся там, уже вставала со стула и протянула руки к окошку, чтобы дико закрыть его. Я ловко просунул в не успевшее закрыться окно паспорт и выпалил «Зравствуйтеязапропусками!!!!»
Тётенька недовольно посмотрела на меня, порылась в ящике и дала нам готовые пропуска. Уррра! Наши пропуска! Миссия выполнена!
Я поблагодарил тётеньку и вприпрыжку поломился из ФСБ. Рядом с забором стоял Миксон в ожидании. Я гордо показал ему пропуска, и мы решили это дело отметить.
Бухать за рулём нельзя, но чего-нибудь вкусненького-то заточить уж можно. Мы скушали в местном ресторанчика крабового супа, и не спеша поехали назад. Мы заправились на якобы финской заправке Statoil, а в местном спортивном магазине я купил модные водоплавательные очки. Также в продуктовом магазе я накупил пива, водки «Зелёная Белочка», и прочего шмурдяка.
Ну и говно же бензин в Statoil, скажу я вам. Кемь-Нефтепродукт куда лучше. Хоть и вонючий, но на нём техника хотя бы едет.
Я еле выжимал из Гурзуфа галимые 85 км/ч. Миксон ехал впереди и постоянно отрывался далеко - видимо, такой темп езды ему не нравился. Ну а что ж поделать, раз бензин – шняга.
Не спеша доехали до Титовки, где за деревней нас ждала остальная братва. Они были кислые и утомлённые долгим торчанием на одном месте. Успели даже развести костёр.
Когда все узнали о том, что у нас всё получилось, настроение у всех перешло из режима «пичалька» в режим «ололололо!». Я стал рассказывать всем что это всё произошло благодаря тому, что у нас есть крыша свыше. И причём очень хорошая.
Ну в самом деле, посудите как всё сложилось – мельчайное событие имело место быть в цепочке событий, которая в итоге привела нас к успеху. Бензик, подаренный мне девчонкой, который помог преодолеть нужнеы метры до вершины горки, с которой я скатился на заправку; оперативное срывание с места в Мурманск; отсутствие ГАИ на рабочем месте, выбранная скорость бега от мотоцикла до ФСБ. Наверняка это всё хорошая карма.
Пока я разглагольствовал чувакам свои мысли о карме, в костре произошёл взрыв и что то пребольно ударило меня в ногу рядом с яйцами.

Ушатало хорошо, да так, что я аж навернулся на землю, прижимая руки к поражённой чем-то ноге.
Это «что-то» оказалось куском баллончика, который добрые друзья бросили в костёр вместе с мусором.

Он был очень горячий (синтетика на штанах оплавилась), тяжёлый (на бедре даже была небольшая вмятинка) и быстро летевший (очертания куска баллончика проявились на ноге сразу). В общем, повреждение было сопоставимо с выстрелом из травмата типа «Оса».
Как выяснилось, карма свыше послала мне сигнал, чтобы я не зазнавался. А то было начал хвастаться, а она мне такая – «Не 3,14зди, Бузмаков, мудило ты грешное! Будь скромнее!»
Зелёный положил отработавший баллончик в мешок с мусором и отложил мусор в сторону. Дядя Андрей велел жечь мусор. А Жека, не зная, что в пакетике с мусором баллончик, бодро закинул его в костёр. Вроде и винить то некого, но все равно все казались мне сволочами. Нога поразительно дико болела и я приуныл.

Впереди виднелись тучи. Было решено одеть дождевики чтобы приехать в Лиинахамари сухими.
Дождь действительно заморосил и был довольно холодный. Мы ехали в сторону Печенги через какие-то военные городки. На обочине встречались солдаты и бегающие с плэйерами тёлки с трясущимися на бегу сиськами. Я им сексуально бибикал.
Мы доехали до указателя «Лиинахамари». До цели было несколько километров. Зелёный немного отстал. Пришлось подождать.

Свернув по указателю и проехав через ещё несколько военных городков, мы оказались у пограничного пункта. Мы показали охране наши паспорта и пропуски, сфоткались у стеллы «Лиинахамари», и повалили в приграничную зону.
Мы приехали! На авось сработало несколько раз, и мы таки приехали!

Со скалы на нас смотрел высеченный на невероятной высоте портрет Владимира Ильича Леннона. Видимо он тут контролировал весь город своей коммунистической аурой.
Городо Лиинахамари представляет из себя небольшой промысловый посёлок населением в 219 человек (раньше было больше). В результате постепенного оттока оттуда граждан с начала перестройки, половина зданий пустуют. В городе находятся в основном приезжие на вахтенный зароботок люди. Кто-то зарабатывает легально, кто то – нелегально, вылавливая крабок, а кто то тупо бухает.
Впереди поехал Жека, так как он знал как добраться до тётеньки, с котороймы должны обсудить вопрос вписки нас в свободную квартиру. Вскоре мы зарулили на указанный Жекой двор. Двор представлял из себя стоянку между жилым домом и бывшим жилым, угрюмо таращившимся на нас чёрными окнами без стёкол. На стоянке был обнаружен местный зелёный мотоцикл Урал. Вот это прикол!

К слову говоря, организация жизни в Лиинахамари похожа на одну большую гигантскую общагу – в каждом жилом доме есть комендант отвечающий за ЖКХ и расселение приезжих – гостиниц в городе нет, и расселение идёт по свободным квартирам. В посёлке нет поликлиники, но есть медпункт, где могут бесплатно выдать всё необходимое для простенькой медпомощи. Магазина всего два – один с бухлом и сигаретами, но почти без продуктов, а другой с продуктами, но без бухла и сигарет.
Жека никак не мог найти комендантшу. Её то ли не было дома, то ли она уже спала. Мы стали думать что делать дальше.
Нашу думающую компанию заметили из окошка дома, и к нам вышел молодой парень. Пообщавшись с ним, мы выяснили, что его зовут Лёха, он водолаз, приехал сюда подработать, сам живёт в городе Тамбов. Он сказал, что поможет нам с впиской – у него есть друг, капитан дальнего плавания, который с часу на час должен к нем заехать, и у которого есть квартира.
Лёха любезно пригласил нас прийти в его хату, пока капитан находится в дороге к нему. Мы попили чая, хлебнули пивка и пообщались о том о сём.

По телевизору показывали обещания Порошенко и прочий кал. Нам было наплевать на всю эту суету. Мы были на краю света. Миксон перенервничал что наши грязные замасленные мотоциклы украдут или испортят какие нибудь подозрительные личности, и пошёл на улицу сторожить.
За разговором время пролетело незаметно, и друг Лёхи (капитан) приехал. Узнав о том что мы из Москвы, он предложил нам квартиру на две ночи всего за 8000 рублей. Мы молча переглянулись.
«Что, дорого?» - удивлённо спросил капитан. – «Да вы ж из Москвы».
За эти слова очень хотелось дать ему по щам, и потом наподдать ногой.
Все опять переглянулись, потому что мысли у всех совпали.
«Ну ладно…» - продолжил обнаглевший капитан. – «Шесть.»
Все молчали.
«Ну ладно… Пять… Четыре… Три… Что, три нормально?»
Мы подумали что три тыщи за две ночи – нормально и дали по рукам.
Всей тусовкой мы дико направились в соседний подъезд. Капитан дал нам ключи от квартиры и по быстрому свалил. На прощание, спускаясь по лестнице, мы услышали следующие слова:
- Мусор можете не выносить!
Мы ожидали увидеть совковую, возможно не самую люксовую, но более-менее прибранную квартиру. То что мы увидели, был полный армаггедец. Везде валялияь пакеты с мусором. На полу кусочки песка и грязи с какими-то опилками. В ванной лежал старый водолазный костюм. Кухня и столы завалены грязной посудой, не мытой наверное месяц, и поэтому покрытой слоем несмываемого жира. Отмыть эту посуду можно было наверное лишь серной кислотой.
С неимоверным трудом я отмыл пару тарелок, чашку и несколько столовых приборов (вода в Лиинахамари достаточно жёсткая и жир берёт плохо).
Мы вынесли мусор на лестничную клетку (все равно не нам а мудаку предъявят), подмели кое как пол полулысым веником, а грязную посуду свалили в кухонный шкаф огромной кучей, ибо мыть её не было ни желания ни самокритики.
Я открыл флакон водки «Зелёная Белочка» и немедленно выпил. На подоконнике я нашёл девайс – бутылёк с дырочкой. Видимо месяц назад тут был праздник. Девайс также был применён по назначению.
От усталости и водки, с двух плюх гашпо меня нахлобучило так, что аж посинело в глазах и руки-ноги отказались слушаться. Но тем не меняя я нашёл в себе силы дико поставить интеркомы на зарядку, раскатать спальный мешок и бухнуться на него.
Всю ночь меня и моих друзей жрали насекомые. Миксон поступил умнее – он тупо заснул сидя накрывшись с головой одеялом.
Вся его поза говорила – «Я хочу это развииииииииидеть!!!!!»


Alexander231's picture

Я уж подумал, что Антоний уже забил на продолжение своего отчета, а не тут то было! :)
Давай, Антоха пиши дальше, угарно получается! :)


AntoniGutslasher's picture

Глава 10. Через горы, через расстоянья…
Выспались мы в общем-то, неплохо.

Миксон проснулся абсолютно в той же позе в которой и заснул.

Впереди маячила конечная цель путешествия – полуостров Немецкий. Ну, в общем-то, пропусков никаких туда не нужно, бензин не нужен, так как идём пешком, до места назначения около 9 километров, делов-то. Попив чаю и по-быстрому поев каких-то булок из магазина, мы стали собирать вещи для нашего пешего похода.
Учитывая, что идти нужно было через горы, я настоятельно советовал всем брать только самое необходимое. В итоге мы решили взять с собой три палатки, спальники, несколько сухпайков ИРП, плитку, пиво и зачем-то минералку. Я ещё прицепил к рюкзаку удочку а также взял блёсны. Иначе как же рыбу то ловить.
На всякий случай я взял с собой непромокаемую куртку от костюма-дождевика. Это мне Зелёный посоветовал, сказав, что куртка может неплохо защитить от горного ветра. Зелёный молодец! Круто подсказал. Я был впоследствии очень дико рад тому, что взял эту куртку.
Миксон взял рюкзак космической тяжести, особо ничего не вытряхивая из него. Прямо снял с мотоцикла эту трёхпудового дусю и потащил, утверждая, что там всё ему очень нужно. Рюкзак Подводника тоже был немаленький – там «ехала» плитка. Мой был средний – там было две сиськи пива, водка и рыболовные снасти. На верёвочке болтался спальник.
Итак, наша навьюченная компания ломанулась из квартиры. По пути мы зашли в магазин, подкрепиться кефиром с булками. Жека воодушевлённо рассказывал нам о том что в горах есть старая немецкая дорога по которой немцы перебрасывали всякую военную шнягу на полуостров Немецкий, с которого было очень удобно обстреливать корабли противника. Впереди, рассказывал Жека, есть моднейшие немецкие баки для хранения топлива-88, и сейчас мы на них посмотрим. Впереди, на краю бухты, в которой расположен город, и вправду из скал торчали какие-то баки, видимо для заправки кораблей и подлодок.
По пути к бакам, я заметил уходящую в сторону какую-то засранную грунтовку, по краям которой валялся мусор, и прикольнулся – «О, чуваки, смотрите, старая немецкая дорога». Все похихикали и забыли про этот момент. Ну что я могу сказать… это она и была. Мы об этом, конечно же, не знали и как полные лохи попёрлись вперёд, навьюченные барахлом, каждый килограмм которого давил на плечи.
Решено было поступить следующим образом: пройти как можно дальше по берегу бухты, заценить баки, потом залезть в горы и найти старую немецкую дорогу. От баков до полуострова Немeцкий было около одного километра.
До баков наша славная компания не добралась, ибо по дороге повстречали препятствие в виде промзоны, перегородившей путь. Компания Русский Лосось гнусно отхавала кусок бухты с дорогой, по которой мы шли, в свои владения. Охранники, естественно, на территорию предприятия нас не пустили и предложили обойти. Так как по морю, справа, мы обойти не могли, то пришлось лезть налево, в горы, который подступали к полоске берега. Мы свернули налево по тропинке, перешли через хлипкий деревянный мостик и моментально оказались в какой-то канаве заросшей дурацкими ползучими растениями, через которые было просто дико не в кайф пробираться.
В канаве я нашёл красивую нераскрытую красненькую ракушку морского гребешка. «Сувенирчик!» - воскликнул я и запихал гребешка в карман.
«Сувенирчик», как оказалось, содержал в себе совершенно тухлого зелёного моллюска, который в кармане вытек из ракушки и дьявольски провонял мне карман. Запах, периодически попадавший мне в нос из кармана, напоминал вонь от неподмытой бомжихи и периодически давал о себе знать. Тем не менее сувенирчик я не выкинул – какой смысл его выкидывать, потому что больше чем он уже навонял, он навонять не сможет, и фигли - сстанусь в результате с вонью и без сувенирчика. Периодически я забывал о нём и засовывал руку в карман, а потом с отвращением её оттуда выдёргивал и вытирал о скалу.
Вылезти из канавы было очень непросто, особенно для Мискона, на плечах которого болтался трёхпудовый дуся, из-за чего он начал отставать.
Бухта с высоты выглядела достаточно красиво. Площадь обзора была большая, и мы видели целые куски дождей шадщих из обрывистых туч над морем.

Впереди шесть километров гор, а я уже подзадолбался. Горы были покрыты скользким чёрным лишайником. Он был то сухой, то мокрый. Сухой лишайник – это как абразив. Как будто ты идёшь по наждачке. Прекрасно предназначен для совершения карабкательных действий по скалам в условиях говняной альпинистской экипировки (или в условиях его отсутствия, как у нас). А вот мокрый лишайник это, сука, банановая кожура в квадрате. Стоит наступить на него незадачливому скалоладу, как этот скалолаз начинает дико подскальзываться, вытанцовывать модные па, при том смешно зигуя обеими руками во все стороны, и в конце ужасающе падает на жопу под смех других скалолазов. Я, к примеру два раза падал и промачивал жопу об этот мокрый лишайник. Хорошо хоть, что никто не видел этот позор.
На часах было двенедцать часов дня.
Я устал уже через сто метров. Это было стрёмно, потому что я такой подставы от организма не ожидал, думал, что будет понадёжнее. Первый привал мы сделали у опоры столба. Я достаточно подустал. Дед Андрей не подавал признаков усталости, Жека – тоже. Зелёный подустал, но вида не подавал. Зубник устал. Миксон не только устал, но и отставал от шествия. Только посмотрите на эти унылые рожи:

Кстати, вскоре нас радостно поприветствовала норвежская сотовая сети, сообщив «добро пожаловать в Норвегию».
Отдохнув, мы пошли дальше и наткнулись на немецкий горный бункер, в который залезли и посмотрели его внутренности. Бункер как бункер. Я к ним уже привык на Рыбачьем и лично у меня они уже особого восторга не вызывали.

По мере нашего продвижения к острову нам часто попадались различные пулемётные доты, укрепления, и огневые позиции.



На склонах в большом количестве валялись валуны, которые я как ни пытался, но не смог столкнуть с горы. А было бы круто столкнуть прямо сверху на этот сраный Русский Лосось. Вот бы они обосрались, сволочи.

Дорога забирала всё выше и выше, а горы становились всё круче. Удивительно, но факт: мой организм приспособился к нагрузке и я уже не чувствовал усталости от подъёмов.
По пути нам продолжали встречаться артефакты войны.



Миксон сказал что дальше рюкзак он тащить не может. Добрый Подводник забрал у Миксона рюкзак и пошёл уже с двумя рюкзаками, похожими на две огромные булки гамбургера. Внутри булок был Подводник.

Кряхтя, пыхтя и делая перевалы, мы в итоге прошли около километра и поднялись до высоты облаков, примерно на полкилометра.

На часах было четыре часа дня. По навигатору мы прошли два километра из шести, что не добавило радости команде, и соотвественно, никоим образом не подняло боевой дух. Вдобавок мы вошли в гадкую тучу, внутри которой шёл дождь, от которого пришлось прятаться в щель между скал.

Я очередной раз попытался сбросить камень на Русский Лосось и очередной раз потерпел неудачу.

Все очень хотели найти старую немецкую дорогу, но она никак не показывалась нам. Мы забирали всё дальше вглубь скал, но в результате нам открывались всё новые и новые скалы, среди которых дороги положительно не было видно.
В результате, во время привала у красивого озера, мы решили плюнуть на дорогу и пойти дальше.

Озеро было красивым а вода была чудесной на вкус. Это немного нас взбодрило.

Мы подумали, что дороги уже, скорее всего, нет, так как её могли разбомбить или она могла зарасти. Приняв такое решение, мы, уже изрядно вымотанные, пошли дальше.
Где-то через час лазания по сказал, Зубник твёрдо сказал нам: «Парни, я домой». Миксон при этих словах очень обрадовался и тоже подтвердил, что хочет домой. Уговорить их пойти дальше, к сожалению, не получилось. Жека, который, вдобавок к своему рюкзаку, нёс Миксоновскую трёхпудового дусю, наоборот, обрадовался, так как он незамедлительно сдал трёхпудового дусю Миксону обратно. В рюкзаке Миксона, как выяснилось, лежало 2 сиськи пива, зачем-то ещё два сухпайка (вдобавок к тем что брали) и палатка. Хорошо хоть аккумулятора не было.
Итак, товарищи развернулись и поскакали вниз, к городу, радостные.

Путь продолжил уже квартет – я, Жека, Зелёный и Дядя Андрей. Дядя Андрей, чтобы не было скучно, вступил с Жекой в политические дебаты о пользе коммунизма для общества. Жека и я же отстаивали имперские позиции и свободу предпринимательства, а Зелёный уверял всех что всё это херня и стране нужен тоталитарный режим и культ милитаризма. По пути мы сфоткались под огромной скалой.

За этими весёлыми разговорами, перейдя ручей и забравшись на самую высокую скалу, мы поняли, что преодолели перевал. Мы увидели полуостров Немецкий, такой маленький снизу издалека.

На полуострове были домики и даже полоска пляжа. Наши друзья развернулись не дойдя каких-то триста метров до точки, с которой была видна цель. Я уверен, что цель бы придала им силы и в результате дошли бы все. Это было немного грустно. Особенно Жеке.

Между скал мы увидели зайцев, снующих туда-сюда. Как я ни пытался сфоткать их, они вечно удирали и на фотографии оставался пейзаж без зайца, как, к примеру на этой:

Здесь только что был заяц, честно!
Идти вниз не так сложно как вверх, но есть одно «но» - зверски сбиваются ноги. При подъёме работает передняя внутренняя часть ступни, которая как бы «цепляется» за скалу, а при спуске очень они очень страдают и натираются. Вдобавок ко всему у меня постоянно комкались носки, что неимоверно бесило.



Мы сделали ещё один привальчик, после чего вышли к грёбаной расщелине.

Это был облом. Проклятая расщелина полностью преграждала нам путь, ибо склоны её были отвесными, а падать вниз было триста метров. Пришлось сворачивать ещё левее от моря и опять забираться вверх.
То, как мы устали до этого, не шло ни в какое сравнение с тем, как мы устали сейчас. Натёртые ноги болели и промокли. Зелёный сказал что плохо чувствует пальчики.

Жека виду не подавал, но было видно что тоже приуныл. Дядя Андрей даже стал пить пиво, хотя до этого ни разу в жизни его не пил. Вот как замечательно горы приучают людей к бухлу.

Остров медленно, но приближался. В итоге настал тот долгожданный момент, когда мы слезли со скал и попали в лес.

На часах было девять вечера. Мы шли девять часов. Вскоре лес вывел нас к открытому морю, на берегу которого стояла рыбацкая избушка (судя по всему, пустая). Бухта была пройдена. Полуостров Немецкий находился перед нами. Мы прекрасно различали строения, пляж, лодки и даже людей, снующих туда-сюда по берегу.
Преодолеть оставшийся путь до перешейка, соединяющего полуостров и материк, было делом техники, которое примечательными моментами не запомнилось.
Мы выгрузили наши уставшие тела на остров в одиннадцатом часу. Мы нашли достаточно безветренное место и расположись между хибарками различной степени задрипанности, служившие базами для дайверов.

Зелёный настолько замёрз, что сразу же поджёг ботинки при помощи бензина, и, согрев таким оригинальным образом ноги, залез под плёнку греться.


Мы принялись вяло раскладывать палатки. Дядя Андрей с Жекой каким-то образом нашли в себе силы и отправились смотреть дизель-генераторы, за счёт которых остров обеспечивался электричеством. Жить на острове недёшево – продукты питания и предметы первой необходимости туда доставляются катером, а дизель для электричества тоже стоит не копейки.

Жека встретился со знакомым водолазом, который показал, где можно взять воду для питья.
Тут от него мы и узнали как мы лоханулись с немецкой дорогой.
«Эта грунтовка, которую вы видели у Русского Лосося - и есть та дорога. Ровная, между гор идёт. Вы от неё в трёхста метрах прыгали.» - хохотал водолаз – «Но это ещё ничего. вот недавно у нас два дебила дайвера с полной снарягой и баллонами так же перелезали через горы. Те были гораздо более охреневшими чем вы. У каждого по тридцать килограммов говна, и столько же они, видимо, отложили по пути.».
Нам, конечно, стало очень смешно от того что мы почти одиннадцать часов прыгали как горные козлы в трёхстах метрах от дороги. Но с другой стороны, наше приключение бы не было таким приключением если бы не дорога через горы.
Какой-то мудак подошёл к нам и стал вонять что мы разложили палатку на земле которую купил его друг. Типа, нужно было спросить разрешения. Он был дружно послан и свалил. Мы, уставшие и злые, утопить ведь можем к хренам собачим. И скормить крабам.
Мы покушали, выпили пива с водкой и завалились спать в палатках. Сон пришёл, надо сказать, довольно быстро.


cptGreen's picture

Надо подумать-сказать. Отписал в личку. Ответе до вечера, пожалуйста. В любом случае.


AntoniGutslasher's picture

Глава 11
Бобровая миграция и водные процедуры в условиях северного шторма

Продрав глаза с утра, мы осознали, что бобровая миграция на полуостров Немецкий прошла успешно. В связи с чем мы с Жекой бодро сожрали сухпаёк Зелёного, за что он потом нам долго и нудно предъявлял (несмотря на то, что у него был ещё один).
Что нам осталось делать? Пожалуй, облазить полуостров. Полуостров был совсем небольшой, всего-то несколько гектаров. Но поскольку в годы войны он был не просто полуостровом, а целым фортификационным сооружением, то естественно, он был буквально нашпигован бункерами, пулемётными дотами, и имел даже здоровую установленную в вырубленной в скале шахте пушку против кораблей. Всё это прекрасно сохранилось и ждало того, чтобы мы это посмотрели.
Перед тем как пойти смотреть на остров, мы решили немного порыбачить. Погода, к сожалению, испортилась. Ветер дул просто беспощадно, а волны высотой примерно в метр с грохотом разбивались о скалы. Это, конечно, не бог весть какой шторм, но рыбалке мог помешать. В общем, мы решили попробовать.

Пройдя около ста метров по низине между двумя сопками, мы вышли к открытому морю. Вдалеке, в туманной дымке, справа от полуострова, виднелся гигантский полуостров Рыбачий.
Мы расположились на скале. Скала была крайне скользкая и вдобавок, опутанная по краям ещё более скользкой морской капустой. Волны с дикой регулярностью обрызгивали нас холодной водой, что не добавляло радости, но это никак не сбавило наш азарт рыболовов. Мы закидывали с Жекой блесну по очереди и поймали гигантский улов виде одной охреневшей сайры. Другая сорвалась.

Вытаскивая в очередной раз блесну, я понял, что она не вытаскивается - зацепилась об морскую капусту, дрянь такая. Я, кряхтя и матерясь, полез доставать. «Не доставай её, хер с ней» - кричал мне Жека. «В воду свалишься!» «Не свалюсь!» - ответил я и тут же, поскользнувшись, дико свалился в воду прямо с головой.
Вода была довольно мокрая, и, вдобавок, холодная. Первая волна отнесла меня на метра два от берега, а вторая выкинула обратно на скалу. Вот здесь вы можете частично посмотреть, как это было.

Хорошо, что на мне была непромокаемая куртка-дождевик, которая надулась пузырём и не дала промокнуть верхней части меня - успела промокнуть только нижняя часть. Штаны, трусы, подштанники, сапоги и низ свитера были хоть выжимай.
Пришлось в спешном порядке сматывать удочку и идти в палатку. Я решительно не знал, что делать. Просушить вещи было негде. Дров на острове, чтобы развести хороший костёр, естественно не было (как и нормальных деревьев). К счастью у Дяди Андрея были с собой вторые штаны, которые служили ему подштанниками и свитер, который служил ему свитером. Он сжалился надо мной и подогнал мне свитер, который я напялил на голое тело, и штаны. Ноги пришлось замотать стрейч-плёнкой вместо носков и засунуть в сапоги. В общем-то, стало тепло, но, конечно, недостаточно тепло для того, чтобы разгуливать по острову. Я стал задумываться о том, что надо бы мне зацепиться на ближайший катер и на нём пойти в Лиинахамари, т.к. мне совершенно не улыбалось заболеть воспалением лёгких и ехать с ним в Москву. Можно ведь и не доехать, сдохнув где-нибудь в Киришах по пути назад. Я прямо чувствовал как изнутри постепенно начинает болеть грудная клетка и подумал, что уже заболеваю.
Мы с Жекой сходили к водолазам, которые озвучили нам график движения катеров. Зелёный, Жека и Дядя Андрей говорили мне – «Ну вот. Нас осталось трое.»
Я задумчиво пошёл в палатку и выпил водки. Потом пива, а потом ещё водки. И о, чудо! Болезнь стала отступать. С первыми 100 граммами было уничтожено около 25% инфекции, вторые 100 грамм довёл эту цифру до 60%, третие до 95%. Ну а оставшиеся 5% инфекции я здорово заполировал литром пива, в результате чего через полчаса я вылез из палатки будучи в жопитовского и, вдобавок, с твёрдой уверенностью в душе - на катере обратно не ехать!
Тем временем друзья пошли исследовать остров. Через какое-то время я их догнал.

Бункеры на полуострове весьма внушительные – некоторые из них даже уходили под землю на три этажа вниз.

Каждая из пулемётно-зенитных точек оборудована складом для патронов и убежищем для солдат.

На острове установлен памятник солдатам Красной Армии, отвоёвывавших эти места у немцев.

Вскоре мы добрались до главного орудия на полуострове – 150мм бронебойной пушки, предназначенной для уничтожения кораблей. К ней можно было подойти как по земле так и через бункер - в подземную шахту, где она была установлена.


Какие-то сволочи отпилили у неё стволы. Наверное, хотели сдать на металл, но когда отпилили, поняли, что тащить эту хрень до пункта приёма чермета будет далековато и тяжеловато. Так и бросили рядом, мудаки.

Зелёный проверил диаметр отверстия штангенциркулем – всё совпадало. Обратите внимание на толщину металла. В одном стволе металла наберётся на два Урала с приводом на колесо коляски!

Жека внезапно загрустил и сказал что у него кончились силы, потому что так всегда бывает, что когда есть какая-то цель, то силы тоже всегда есть, а как только её достигаешь, то они сразу кончаются.

Мы добрались до палаток, и поняли, что это был тот переломный момент нашего путешествия, когда оно из «дороги туда» перешло в «дорогу обратно». Я допил водку и мы стали постепенно собирать вещи.
Мы ещё раз уточнили у Жекиного знакомого водолаза, как нам найти таинственную немецкую дорогу в скалах, собрали вещи и пошли обратно.

Выйдя с полуострова, мы сразу нашли хорошо утоптанную извилистую горную тропинку, шедшую среди сопок. По сравнению с тем, как мы шли раньше, ходьба по тропинке была полнейшим кайфом.

Через какое-то время тропинка перешла в полноценную дорогу, вполне пригодную для проезда на квадроцикле или Урале с коляской.
Тут и там мы встречали следы от квадроциклов – видимо, дорога пользуется популярностью у любителей погонять по горам.
Мы стали прикидывать, сколько бы мы сэкономили времени, поехав по этой тропинке на Уралах. Вероятнее всего, дорога до полуострова заняла бы не более двух часов.
Но, с другой стороны, было бы тогда это чувство героического подвига, пусть и совершенно бесполезного? Конечно, мы и так преодолели множество преград и успех мероприятия в целом часто подвисал на волоске, о чём рассказано в предыдущих главах. Это всё было круто. Но утомительный и, в общем-то, достаточно опасный переход через горы без снаряжения существенно добавил крутизны в общую крутизну похода.

Многие спросят – а в чём крутизна? Зря ведь по горам лазили, когда дорога была. А я скажу. Вот забираются же люди на Эверест. А зачем? Там же, наверху, решительно не хрен делать. Вдобавок, при восхождении велик шанс отморозить себе руки, ноги или улететь в пропасть. То есть, с практической точки зрения это не подвиг, а хрень какая-то.
Ладно бы, там золото валялось в неограниченном количестве, или алмазы, или айфоны, или там бы жили высокогорные сексуально озабоченные тёлки – но нет же! Люди лезут туда, чтобы было. А ведь говорят – подвиг! Ну, значит и у нас тоже подвиг. А самый крутой подвиг, выходит, совершил я, потому что я не только преодолел горный перевал, но ещё и дико искупался в море потом.
Дорога была ровная и прекрасная, слегка под-затопленная в нескольких местах, но, опять же – на колясычах проехать можно.

Когда мы подходили к городу, мы чирканули весточку Мискону и Зубнику. Зубник согласился нас встретить. Времени было около 10 вечера.
Вскоре дорога стала «обрастать» человеческими артефактами – на обочинах стал появляться всякие железки, бумажки и целлофановый хлам.
Вскоре мы спустились к бухте, прямо рядом с Русским Лососем.
Подъехал Зубник на Осьминожке, к которому мы закидали в коляску наше барахло. Мы не стали рассказывать про дорогу. Решили рассказать потом, в этом самом отчёте.
Миксон поехал на колясе к хате, а мы налегке пошли пешочком, мерзко хихикая, что не рассказали про дорогу.

Придя в квартиру, мы повесили сушиться мокрые вещи, после чего поехали вдвоём с Жекой на моём Гурзуфе обратно к бухте, в надежде всё же поймать рыбы – а то одной сайрой-то не наешься. Мы сгоняли, но ничего не получилось – рыба не клевала. Мы дико замёрзли и к тому же попали под дождь.

Вернулись ни с чем.

По возвращению в квартиру, рыба была дико зажарена и употреблена в пищу под клюквенную настоечку, найденную в холодильнике.


Перед тем, как лечь спать, Зубник рассказал нам душераздирающую историю о том, как они с Миксоном возвращались обратно.
Наметив целю те самые ржавые топливные баки, которые нам так и не удалось посмотреть по пути к полуострову, они выбрали не самую эффективную дорогу – вдоль побережья, где было много обрывов. Попытки поймать проходящие мимо катера и лодки ни к чему не привели. Мискон стал подавать лодкам сигнал SOS фонариком. Люди на лодках, наверное, ржали – типа, что за перцы в километре от города показывают SOS? Наверное, издеваются.
Пришлось нашим друзьям идти домой на своих двоих, постоянно останавливаясь и делая передышки. Только поздней ночью они вернулись на место. После возвращения Миксон перешёл в режим энергосбережения и постоянно спал, делая перерыв лишь на сортир и пожрать. Зубник тоскливо выпил всё пиво.

В общем, обменявшись информацией, мы пожрали и завалились спать.


Сычъ's picture

Места красивые, но пля, жизнедеятельность людей удручает.


zubnik's picture

Да я бы даже не сказал что Лиинахамари это город. Это ПГТ. Жилых домов там - по пальцам пересчитать. Нежилых - наверное столько же. Но больше всего мне стало жалко местных детишек - даже летом им приходится ходить в шапках и теплых курточках, играть на очень непрезентабельных, изношенных и небезопасных детских площадках не менявшихся с времен распада СССР. Какие вопросы они задают своим родителям когда по телевизору видят ДРУГУЮ жизнь? Ибо жизни в этом месте нет, есть выживание.

User login